— Давай! — заорал Бенедикт, когда ноги Фрейи оторвались от земли.

Она вскрикнула и вцепилась в сомкнутые когти, в ужасе, что дреки может уронить ее.

— Отпускай! — послышался голос Хокона.

Боевой клич дреки вознесся в воздух, мир перевернулся вверх тормашками, и вирм закувыркался вниз. Они кружились снова и снова, Фрейя болталась, как тряпичная кукла. Что-то с просвистело мимо, и она вдруг поняла, что происходит.

Ее сделали приманкой. Наживкой, чтобы выманить дреки из логова и убить. Фрейя содрала повязку с глаз, в это мгновение дреки выровнялся, и она мельком увидела картину внизу. Юбки полоскались на ветру, крохотные фигурки на земле метались и кричали.

Хокон возвышался над толпой. Он заряжал баллисту и проворачивал вал назад, играя бицепсами. Тяжелый стальной трос натягивался, заточенное смертоносное копье блестело на солнце.

И Фрейя ощутила неизведанную доселе ярость.

Теперь она не была беспомощной слепой курицей с задушенной внутри магией. И Фрейя ударила, словно суть ее была кнутом, безжалостным и точным. Она не могла повредить железный трос, ведь железо — одно из немногих творений в этом мире, что не подчинялось ее магии, но тяжелые деревянные колеса баллисты были созданиями земли. Как только Хокон потянулся к спусковому механизму, Фрейя разбила все колеса.

Баллиста накренилась, острый стальной наконечник нырнул вниз, ручка вырвалась из хватки Хокона. Трос оборвался, сталь резко зазвенела, дротик полетел, проткнул плоть и вонзился в каменную стену дома напротив. С древка свисало тело Бенедикта.

Юнец визжал, как недорезанная свинья. Дреки заложил еще один круг, с интересом наблюдая за происходящим.

«Напомни мне позже никогда не подпускать тебя к этой штуке», — со смешком прошептал он в голове Фрейи.

Затем выполнил крутой вираж, взрезая воздух обтекаемым телом, и направился к Крабле.

* * *

Они летели минут десять, не больше, но к тому времени, как впереди замаячила Крабла, Фрейя начала дрожать от холода.

Разбросанные то тут, то там вокруг вулкана бесплодные поля дымились и пускали пузыри, но дальше к югу сияли белизной ледники, и от этого зрелища она затаила дыхание, невзирая на безжалостно бьющий в лицо ветер.

Фрейя едва могла поверить в происходящее. Целый мир развернулся под ней в миниатюре, точно ожившая карта.

Дреки притронулся к разуму Фрейи, словно вопрошая, что же так увлекло ее. Едва заметное касание к чувствам, внезапный контакт. Фрейя ощутила его любопытство.

«Хочешь увидеть ледники? Как-нибудь отвезу тебя».

Сказка рассеялась, между разумами взметнулись защитные стены.

— Опусти меня. — Фрейя всмотрелась в каменные склоны вулкана. — Только осторожно.

Они снизились. В паре шагов от выступа, ведущего к пещере, Рюрик мощным взмахом затормозил. Когти разжались, и Фрейя шлепнулась на уступ, подвернув лодыжку. Несмотря на аккуратную хватку, плечи нещадно ныли, пару секунд она просто лежала неподвижно.

В поле зрения внезапно вплыла причудливая голова, и Фрейя непроизвольно вскрикнула и отпрянула. Дреки замер, золотые глаза сияли.

«Ударилась?»

Фрейя, тяжело дыша, уперлась спиной в камень и посмотрела на вирма.

— Ударилась? — слабо повторила она. Бурные эмоции выплеснулись наружу слезами. Сил сдерживаться не осталось. Единственной живой душой, что заботилась о ней, был дреки. Но даже у него имелись скрытые мотивы, о которых Фрейя могла лишь гадать.

— Меня похитили, привязали и выставили приманкой… А потом потащили по воздуху, сбросили с высоты и… — Выдержка закончилась. «Да будь ты проклят, Рюрик». — Никто не спас меня! Все просто глазели! Папа останется без всякой помощи! Кто о нем позаботится? И что тебе от меня надо? Что, черт тебя побери?

Фрейя разрыдалась. Проклятые злые слезы ослепили ее, затуманили мир вокруг. Последнее, что она смогла рассмотреть — это странное выражение морды дреки, которое более всего походило на озадаченность. И это выбило из колеи. Фрейя одновременно смеялась, и плакала, и икала.