Мне захотелось обнять его и сказать что-нибудь утешительное, как это обычно делал Али. Но я не рискнул: отошёл к окну и стал наблюдать, как во дворе суетились стражники. Значит, теперь и весь замок будет знать о страшной находке. Хорошо, что мы не попались на глаза, не хватало только сплетен…

– Эй, Барри, садись за стол, ты с утра не ел, да и я тоже, - мрачный голос Гая оторвал меня от размышлений.

Ужин прошёл в полной тишине, не считая того момента, когда в комнату ворвалась перепуганная няня со «страшной новостью», о которой нам уже было известно. Мы молча покивали её рассказу и причитаниям о том, что и «замок перестал быть надёжным местом».

Услышав эти слова, я выразительно посмотрел на Гая, но он отвёл глаза. Няня ушла, пожелав нам спокойной ночи, а мой помощник, посмотрев на кровать Али, выдал:

«Лучше буду спать на полу, чем на месте покойника!»

Я вздохнул и, позвав слуг, приказал им принести другую кровать. Гаю это понравилось, и он без насмешек помог мне принять вечернюю ванну, а уже лёжа в своей постели, неожиданно спросил:

«Барри, я тут подумал о пропавшей фаворитке твоего отца…»

Я как ужаленный подскочил на кровати.

– О ком ты говоришь?

Он, казалось, смутился:

«О придворной даме, в комнате которой нашли много крови, я же тебе рассказывал. Вдруг её тело тоже спрятано в потайной комнате, в том крыле ведь есть секретные места, да?»

Но я не дал сбить себя с толку.

– Не заговаривай мне зубы, Гай. У отца была любовница?

Он засмеялся.

– Конечно, он же не старый ещё, ты что, не знал об этом? Вот чудак.

Я задумался.

– Ну, тогда мы ничего в потайной комнате не найдём. Отец достаточно умён, чтобы хорошо спрятать тело.

Теперь уже Гай вскочил с кровати.

– Ты в своём уме, Барри? Намекаешь, что Князь…

– У него бешеный характер, особенно последние годы. Как-то раз я видел, как он собственноручно избивал своего адъютанта. С безумным лицом бил его наотмашь своей палкой, там было столько крови… А потом стража унесла тело несчастного, и никто о нём больше не слышал. Вдруг эта дамочка попала отцу под горячую руку, тогда её никому не найти…

– Вот чёрт, - ругался Гай, бегая в одной рубашке из угла в угол, - надо было мне сразу же сваливать отсюда, как только отец умер. И зачем я задержался? С такими психами мне здесь долго не протянуть.

Я вдруг неожиданно для самого себя засмеялся.

– Понял наконец, что тут за жизнь. Поэтому нам с тобой и надо бежать. Найдём лекарство от моей болезни и поищем место поспокойнее, чем наша страна, где даже Князь может убить, не задумываясь.

Гай остановился, захватил со стола свечу и, подойдя к кровати, стал рассматривать моё лицо. Мне это не понравилось.

– Ты что, почему так на меня уставился?

– Хочу посмотреть, насколько ты похож на отца. У вас в роду все сумасшедшие?

Я взял подушку и запустил её в лицо наглого помощника. Свеча выпала из его руки прямо на толстый ковёр под ногами. Тут же запахло палёной шерстью и на самом видном месте образовалась чёрное пятно, хотя Гай успел подхватить свечу, вернув её на место.

– Ух ты, няня сразу заметит, влетит мне, - расстроенно прошептал я.

– Ничего не заметит, - пробормотал Гай и провёл рукой над пострадавшим ковром. Пятно моментально исчезло, я радостно засмеялся и сделал это слишком поспешно.

Гай схватил меня за ворот сорочки и, притянув к себе, чуть не задушил.

– А я смотрю, ты и впрямь хитрец! Но не на того напал. Я что, похож на дурака, чтобы ввязаться в подобную авантюру? Даже не мечтай, Барри!

– Воротник отпусти, а то мне придётся пожаловаться, что ты пытался меня задушить.
– «пошутил» я серьёзным голосом, и Гай тут же убрал руки от моего горла.

Он быстро вернулся в кровать, ругаясь страшными словами и проклиная тот день, когда связался с «княжеским отродьем», то есть, со мной. Я же, усмехаясь, поудобнее устроился под одеялом и закрыл глаза:

«Зря упираешься, Гай. Ты мне нужен. Я тут хорошенько подумал и понял, что в путешествии можно обойтись и без армии, вполне хватит хорошего мага. А ты - единственный маг, которого я знаю. Так что прости, но тебе, хочешь или нет, придётся отправиться со мной».

Правда, сразу заснуть мне не удалось. Почему-то в голову лезли слова Гая о том, что я, как и мой отец, могу оказаться сумасшедшим. А вдруг, не приведи бог, его «пророчество» исполнится, что тогда со мной будет?

Утром я проспал, и неудивительно - за окном стеной лил дождь. Почему-то первым делом подумал: «Ну вот и прогулялся в город, что за невезение!»