— Ээ... — Я смотрю вниз на одежду, которую носила на работе этим утром. — Ничего особенного. Та черная блузка, которую ты ненавидишь.

Она стонет.

— Только, пожалуйста, не застегивай ее до самой шеи. Или клянусь богом...

— Не буду, господи. — Я быстро расстёгиваю две верхние пуговицы, радуясь, что она не видит меня через телефон. — Ты думаешь, я до такой степени неудачница?

— И джинсы?

— Те, которые ты купила с помощью моей кредитной карты без моего разрешения.

— Ох, слава богу. Обувь?

— Тенниски, — позорно шепчу я, — с толстыми шерстяными носками.

Она глубоко вздыхает.

— Почему ты упорно саботируешь себя?

Я смотрю вниз и хлопаю своими пятками вместе, как Дороти.

— Они удобны.

— Помимо этого они противны. Я сожгу их, когда ты вернешься домой.

— Эй! Они не так уж и плохи. И тебе лучше спать, когда я вернусь домой. Это может быть поздно.

Она продолжает, игнорируя меня:

— Твои волосы заколоты в хвост, да?

— Конечно.

— Ты можешь их распустить?

— Нет.

— Макияж? Пожалуйста, скажи мне, что этим утром ты нанесла тушь.

— Нет. Я опаздывала, но я храню некоторую косметику в шкафчике. Я нанесу её, если тебе станет от этого легче.

— ПОЖАЛУЙСТА.

— Бэйли! — Эрика называет моё имя через всю раздевалку. — Ты уже готова? Мы хотим застать конец счастливого часа.

Я показываю ей большой палец.

— Джоззи, я должна идти.

— Хорошо, отлично, но тебе нужно поговорить с парнем! Любым парнем! Барменом. Помощником официанта...

Я кладу трубку и беру косметику, говорю Эрике, что мне нужно несколько минут. Наношу тушь, немного румян на щеки и добавляю помады. Я выгляжу значительно более человечной, когда мы заходим в бар прямо напротив Медицинского центра Новой Англии.

«Гладкий Тони» — это учреждение вокруг больницы. Он выдержал проверку временем, маленькое выцветшее бунгало, спрятанное среди небоскрёбов, и самое лучшее, что сам Гладкий Тони до сих пор управляет этим баром. Эрика и Мэган общаются с ним на «ты», и он знает, какие напитки они предпочитают, нет никакой необходимости делать заказ.

— Как насчёт тебя, блондиночка? — спрашивает он меня, пока смешивает им коктейли.

Я смотрю на бутылки с ликером позади него, пытаясь вспомнить название напитка... любого напитка.

— Эм, я думаю, мне нужна секунда.

— Мы пойдём, найдём столик, пока они ещё есть! — говорит Эрика, и я остаюсь одна, в тщетных поисках меню напитков.

— Всё ещё думаешь? — спрашивает Тони после того, как помог другому посетителю.

Я хмурюсь.

— Что ты делаешь моим друзьям, возможно, я закажу что-то из этого.

— Водку с содовой.

Я морщу нос.

— Звучит скучно.

Он смеется, сердечно и глубоко.

— Скажу тебе вот что: почему мне не сделать тебе что-нибудь, и если тебе не понравится, сделаем что-то другое?

Я взбираюсь за барный стул и посылаю ему благодарную улыбку.

— Да. Спасибо. Звучит идеально.

Вот так я и выкручиваюсь, сижу в баре, пробуя напиток, который действительно очень вкусный.

— Что он в итоге сделал тебе?

Этот вопрос звучит от парня, сидящего справа от меня. Я поворачиваюсь, и у меня приподнимаются брови. Это не просто парень. Это белокурый красавчик с ямочками и беспроигрышной улыбкой. Этот парень стоит того, чтобы взглянуть на него дважды, или даже трижды.

Я улыбаюсь и наклоняю свой стакан к нему.

— Ох, эм... Вообще-то, я не уверена.

Я поднимаю глаза, чтобы спросить у Тони, но он уже перешёл к другому клиенту на том конце барной стойки.

Красавчик смеётся.

— Похож на Олд фешен. Чувствуешь ли ты там вкус бурбона?

— Возможно. — Я сужаю глаза. — Но только для уточнения, на что похож бурбон?

Он смеется и качает головой.

— Первый раз в баре?

— Нет, — у меня краснеют щеки. — Это мой третий раз.

Он улыбается сердцеостанавливающей улыбкой и протягивает свою руку мне.

— Я Купер.

Я рада обнаружить, что у него одно из мужественных, сильных рукопожатий, то, которое может впечатлить самых проницательных судей.

— Бэйли.

— Бэйли, — повторяет он, пробуя его, прежде чем кивает, словно приходит к заключению. — Ты похожа на Бэйли.

У меня с любопытством поднимаются брови.

— О, да? Почему это?

— Это сладкое имя. — Он пожимает плечами. — Милая. Жизнерадостная.