— А даже если и так, боишься? — в ее словах звучал вызов.

— Это тебе бояться надо, угрохаешь не только меня, но и себя тоже, так что прими это к сведению.

Девушка вела себя уверенно за рулем, и я понемногу расслабился.

— Ну, рассказывай, Арчи, — проговорила она, ловко двигаясь по загруженной дороге.

— Что именно? — вытянул ноги, разглядывал девушку.

Уверенная, и эту уверенность ей дают папины деньги.

— Про себя. Я так понимаю, ты не местный, — улыбается она, коротким взглядом окидывая меня.

— Да, из области. А ты, судя по машине и возможностям твоего отца приобрести для любимой дочурки такую точилу, — сливки общества, — поймав злой взгляд девушки, понял, что перегнул палку.

— И что ты имеешь против? — зло фыркнула она, сбавляя скорость.

— Ничего. Просто удивительно, как бывает. У кого-то есть все, включая самих родителей, а кто-то гребет сам по мере своих возможностей.

— Выметайся, будет еще какой-то хрен учить меня жизни, — и остановила машину у ближайшей остановки.

— Легко, — согласился я и вышел из автомобиля, не успев закрыть дверь, машина с пробуксовкой тронулась с места, оставляя следы на асфальте и вонь горелой резины. — Психопатка, решила хвастануть, — пробубнил себе под нос и направился в сторону метро, чтобы вернуться в общагу.

Девушка Оля, сокурсница. Что бы это значило? К чему эта история? Как всегда, каждый следующий сюжет тянет за собой только новые вопросы без ответов.

Я сел на пол, упираясь спиной в стену. Очередная загадка. Провел рукой по волосам, остановившись на шее. Затекла. Да и дышать стало как-то немного тяжелее. Душно тут.

Так хочется глотнуть свежего воздуха. А еще лучше — лесного, после дождя, с запахом озона, и услышать звук листвы, шелестящей от ветра.

Последние два дня прошли как в тумане. В пятницу вечером предупредила маму, что приеду с Эдом, чтобы готовила борщ, да и прочие вкусности. Парень едет вкусно поесть да развлекать маму своими сказками.

Будильник прозвенел в семь утра. Я была настроена выехать рано, как можно раньше. Не знаю почему, но мне очень хотелось попасть в больницу. Как-то неспокойно, а может, я себя просто накрутила.

Начало октября было пасмурным и холодным, но дождя не было, и это уже радовало. Собрав нужные вещи и кота, загрузив все в машину, выехала за Эдом, который не собирался отвечать на телефонный звонок.

— Зараза, ведь знает, что хотела раньше выехать, — бормотала я, давя на кнопку дверного звонка.

Через минут пять упорного нажимания на кнопку щелкнул дверной замок и в проеме показался заспанный Эд. Я прищурила глаза, пытаясь определить, что с ним могло случиться, почему он так выглядит, когда из глубины квартиры донесся женский голос:

— Эдюша, прибей того, кто приперся в такую рань, — и тут я разглядела следы засосов на шее парня и царапины на плечах.

— Эдюша, а ты не мог меня предупредить, что ты на сегодня занят, а? — воскликнула я, подпрыгнув на месте после слов его пассии.

— Извини, с девушкой помирился, сама понимаешь, не до звонков было, — пробурчал парень. — Извинись перед Светланой Александровной за меня, скажи, что срочные дела появились.

— Только зря столько времени убила на дорогу сюда! Смотри не перетрудись, выполняя план, — фыркнула я и пошла к лифту.

В начале одиннадцатого я уже стояла на пороге родительской квартиры, мама тут же открыла и встретила меня удивленным взглядом, заглядывая за мое плечо.

— Не ищи его, он оказался занят и не смог вырваться из цепких лап работы, — улыбнулась я, проходя в квартиру, целуя маму в щеку.

— Ну вот, а я столько всего наготовила, — расстроилась родительница.

— Ой, да ты его ждала больше, чем меня, да? — улыбаюсь я, видя, как мама тут же меняется в лице.

— Нет, что ты. Не обращай внимания, раздевайся, сейчас накормлю.

— Мам, — останавливаю ее, уже направившуюся на кухню. — Распакуй Мэнньку, пожалуйста, я в больницу смотаюсь на часик и вернусь тогда и поем, хорошо? — передаю ей переноску с котом.

— Хорошо, раз уж ты решила первым делом навестить Лёву, то езжай, — проговорила мама и принялась раскрывать переноску, где нетерпеливо мяукал кот.

Послала маме воздушный поцелуй и побежала к машине. Уже через пятнадцать мину я парковалась у районной больницы.

Прошла на второй этаж, надела халат и бахилы и направилась к сестринскому посту. Но никого не было, и тогда я с глухим стуком в висках направилась к палате Льва и увидела там стоящего у окошка Егора. Он вновь был в костюме, словно не прошла неделя.