— Я тебя прекрасно понимаю, — отодвигает мороженое от себя. — Но жизнь продолжается, ты ведь должен это осозновать.

— Я тебе могу сказать то же самое, что не стоит со мной возиться как курица с яйцом, а пора заняться своей личной жизнью, тебе не кажется? — сам затронул эту тему.

— Ну, в моем случае, наверно, ты хотел сказать про петуха, — он так раскатисто рассмеялся, что я невольно тоже заулыбался. — Ты прав. Я не хочу навязывать свои идеи. Так что ты взрослый парень, я только поддержу твое решение.

— Я тебе за все благодарен. Ты действительно очень поддержал меня в трудное для нас обоих время, — пробормотал я.

Официант принес нам горячий кофе, забрав остатки мороженого.

— Значит, в столицу, да? — грустно тянет Егор.

— Да, — улыбаюсь я, знаю, что он будет скучать и волноваться за меня.

— Точно уверен в специальности? — делает глоток горячего напитка, слегка морща нос.

— Да, профессия очень пригодится в роботе у тебя на фирме, — мешаю ложкой сахар, не люблю горький кофе.

— Это твоя фирма, Лев. И ты это знаешь, я лишь твой заместитель, — серьезно говорит он.

— Не говори глупости, я пока никто. Пока не получу знания, я в фирму ни ногой.

— Значит, будешь строителем? — хитро улыбается Егор, постукивая ложечкой по ободку чашки.

— Не совсем. Менеджером строительного проекта, — гордо произношу я. — Но вуз действительно строительный. Фирма ведь как раз по проектированию и застройке, я думаю, буду очень кстати.

— Отец гордился бы тобой, — вздыхает он, откладывая ложечку.

— Мне важно, чтобы и ты мной гордился, — откидываюсь на спинку стула и прикрываю глаза, наслаждаясь легкостью в легких.

— Я тобой горжусь, и всегда буду, — проговорил дядька. — Во всем можешь положиться на меня. Помогу.

— Я знаю, — улыбаюсь я, не открывая глаз.

Посидев еще немного, помолчав, мы практически одновременно поднимаемся со своих мест, выходим на улицу.

Через два дня, как и собирался наведался в школу для того, чтобы забрать документы.

— Лё, — слышу снова этот голос, выходя из кабинета директора. Оборачиваюсь, уже зная кого увижу.

— Ну, привет, Хорошенькая, — улыбаюсь, разглядывая девушку, которая заметив мое внимание, тут же начинает убирать за уши выбившиеся волосы.

— Лёв, говорят, тебя не будет на выпускном, правда? — осторожно спрашивает она.

— Да, — подтверждаю слухи. Дана одета в легкий брючный костюм бежевого цвета.

Темные волосы забраны в хвост, но пара прядей непослушно выбиваются из общей массы. Она очень симпатичная.

— Очень жаль, все-таки столько лет вместе проучились, хотелось бы в праздничный вечер чтобы ты был с нами, но раз так ты решил, то конечно, — протараторила она.

— Ты, наверно, в журналистику ударишься? — вдруг выдал я, не успев подумать. Каждый раз, когда с ней разговариваю, у меня пробегает эта мысль.

— А откуда ты знаешь? — удивилась девушка, улыбаясь моей догадке.

— Да вот вижу тебя в этой сфере и все, даже не спрашивай почему. Вот встретимся лет через десять, может расскажу, — улыбнулся в ответ. — Мне пора, всем привет передавай.

— Хорошо, — Дана подошла ко мне и, потянувшись, поцеловала меня в щеку.

— Удачи, Дан, — на мгновение задержал на ней взгляд, подмечая, что девушка покраснела от своего внезапного порыва и, развернувшись на пятках, пошагал прочь.

Помню, как собирал вещи перед отъездом в столицу. Егор мне помогал. Не хотел, чтобы я жил в общаге и предлагал снять квартиру, но я отказывался, потому что отец бы хотел, чтобы я на своей шкуре прочувствовал студенческую жизнь. Он иногда рассказывал о своей жизни в молодые годы.

Я это вспомнил, просмотрев этот сюжет. Отрывок моей жизни. Словно паззлы складываются в одну картину из короткометражек. А режиссёр — мой мозг, который за архивировал мою память и теперь выдает мне ее небольшими кусочками. Я будто заново узнаю себя. Словно заново проживаю свою жизнь.

Как-то нервно потекла новая неделя. Эд практически со мной не разговаривал, только на рабочие темы. Я не понимала, что происходит. Работа по новому проекту стабильно продвигалась, даже непонятное отношение которое установилось между мной и Эдом не мешало нам нормально продвигать рабочий процесс.

Меня задели слова, что Артман интересовался моим семейным положением. Зачем интересовался моей жизнью? Для чего это ему надо?

— Арьяна, добрый вечер. Извините, если отвлекаю, — услышала в трубке знакомый голос с незнакомого номера.