– Это логический итог интереса инкуба, - проговорил декан.
– Но для вас, для вашего дара, все будет кончено. Он не разовьётся… хотя мог бы. Вы показываете довольно неплохие результаты. Мы надеялись, что со временем вы сможете занять неплохую должность и не посрамить Галдур Магинен…

Декан устало махнул рукой.

– Тогда вы обязаны мне помочь!
– воскликнула Мишель так громко, что декан моргнул.

– Вот как? Обязаны?

– Мне нужно знать, как противостоять инкубу, - сказала Мишель. Она взмолилась: - Просто знать, как это сделать, дальше я сама, обещаю, клянусь!

Магистр Бара фыркнул. Он хорошо знал, как долго эта юная леди будет помнить свои клятвы, оказавшись рядом со своим хозяином…

– Я почти уверена, что могу каким-то образом противостоять ему, - серьёзно сказала Мишель.
– Только сама не понимаю, как это работает. Похоже, Эрам… Эрам де Вуд тоже знает это, и тоже пытается понять, как так происходит… Возможно, это как-то связано с тем, что я могу противостоять арахнидам… Ведь вы не можете не согласиться, что это, - Мишель щелкнула пальцами, вспоминая подходящее слово, - феноменально, вот! А если я феномен, быть может, я смогу противостоять и инкубу!

– Год?
– уточнил декан и, смерив Мишель взглядом, пожевал губами.

Адептка решительно тряхнула косичками.

– Если кто-то и может здесь помочь, адептка Хольде, - задумчиво проговорил магистр Бара.
– То только специалист в высшей демонологии, а я не знаю никого лучше профессора Огюста Цицерона…

Мишель вспыхнула, закусив губу. Она нипочём не пойдет к королевскому нагу, который был тогда в Тайной комнате, она не может… Но не говорить же об этом декану?!

Тот кивал, что-то прикидывая в уме.

– Решено, мисс Хольде, - сказал он.
– Я свяжусь с профессором Цицероном и договорюсь о вашей встрече. Сегодня, после занятий, - он словно не замечал замешательства Мишель, её затравленного взгляда и закушенной губы. Похоже, идея осмотра потенциального артефактора лучшим демонологом Слитсберга нравилась декану всё больше и больше.

Мишель хотела было возразить, но она толком не знала, что нужно сказать, чтобы магистр Бара передумал, от известия, что ей все-таки предстоит встретиться с Огюстом Цицероном, снова, она впала в ступор и мысли стали какими-то тяжёлыми, вязкими.

Кроме того, когда услышала, что декан произнес вслед за этим, и вовсе поспешно захлопнула рот и часто заморгала.

– Студенческая экспедиция в Огненные земли планируется через месяц, - сказал ей декан.
– Если вы сможете… хм… продержаться так долго, пожалуй, сможете поехать. В виде исключения, раз вы уже видели Огненные земли через память этого вашего осколка… пожалуй, да… если ваш дар будет развиваться, вы сможете быть полезны в ней.

– Секретарь отправит вам данные о времени встречи и адресе мистера Цицерона в Вилскувере на линкофон, - сказал магистр Бара, поднимаясь и протягивая руку, показывая тем самым, что аудиенция окончена.

Мишель, стараясь скрыть досаду, кивнула.

Теперь ей придется отправиться к профессору Цицерону… И что делать, если он её узнает?

***

На последующих за разговором с деканом парах полагалось развивать дар, а вовсе не думать о некоторых синеглазых, не вздрагивать, стоило вспомнить о том, что после занятий надлежит отправиться к Огюсту Цицерону… А совсем жутко становилось от мысли, что Эрам узнает о том, что ей, можно сказать, приказано посетить профессора по демонологии… Мало того, что демон может догадаться о том, что Мишель ищет способы противостоять его… домогательствам, так ведь он, как и она, прекрасно знает, чем грозит Мишель эта встреча… Инкуб не может не помнить о том, что королевский наг находился во время представления в Тайной комнате…

А что будет, если инкуб приедет за ней сразу после пар? Именно тогда, когда ей нужно будет отправиться на новое обследование, которое, скорее всего, окажется губительным для её репутации? И хорошо, если для репутации… Эрам не раз говорил, что собирается отвезти её в магазины…

Но занятость своими мыслями была на руку Мишель. Она позволяла не замечать (почти не замечать) шепоток за спиной, косые взгляды, сальные намеки и гаденький смех. Нет, в лицо никто не смел сказать ни слова, даже фурии… Возможно, после внушения Эрама де Вуда, а возможно после той драки с фурией и того, как Мишель оказалась главной подозреваемой по делу о краже магической энергии… От этого, конечно, было не легче…

Каждый раз, увидев осуждение в глазах других адептов и даже преподавателей, Мишель хотелось съёжиться и разрыдаться от жалости к самой себе… но следом приходили мысли о предстоящей поездке, о том, что ей нужно, просто жизненно необходимо попасть в экспедицию в Огненные земли…

Надо заметить, что косых взглядов и шепотков в адрес Мишель было не так уж и много.

Точнее, много, но не столько, сколько могло бы быть.

Не столько, когда вся академия вместе с преподавательским составом узнает, что адептка-первокурсница - конкубина высшего демона.