– В КПЗ, в КПЗ, милый.

– Что такое КПЗ?

– Так-та-ак...
– Мужчина потер подбородок и прошелся несколько раз перед Ахметом, поглядывая на него исподлобья, соображая что-то. Внезапно он повернулся к Ахмету.
– Вот ты и прокололся, шпион проклятый!

Ахмет от удивления вытаращил глаза.

– Что? Не ожидал? Готовился, готовился - и на тебе. На ерунде прокололся... Не понял?.. Что же ты, милый, под нашего косишь, а таких вещей, как КПЗ, не знаешь? На кого работаешь?!.. В глаза, в глаза мне смотри! На я-пон-цев? Думал, приедешь и всю Россию по дешевке скупишь? А это ты видал?
– Сует ему фигу под нос.
– На-ка! Выкуси! Если рассчитываешь, что я тебе родину по дешевке продам, жестоко ошибаешься. Я родину... по дешевке... не продаю! Она дорого стоит.

– Ну и не продавай, - опомнился Ахмет.
– Кто тебя об этом просит?

Он обошел стоящего перед ним мужчину и сел на свободный топчан. Последовала пауза. Мужчина после некоторой заминки быстро подсел к Ахмету и, наклонившись к его уху, громким шепотом доверительно сказал:

– Не обращай внимания. Я это для ментов базарил. Чтобы не подумали чего. На самом деле я - свой... Понял? Свой. Тоже японец. Посмотри на меня.
– Растягивает пальцами уголки глаз.
– Мой прадедушка был японский самурай и всем нам завещал любить нашу японскую родину.
– Встает по стойке смирно и сдавленным шепотом скандирует: - Да здравствует наша Япона-мать! Банзай! Банзай! Банзай!
– Садится, обнимает Ахмета за плечи.
– Я тебе, братан, такой секрет продам... Такой военный секрет... Твои как увидят обалдеют. Новейшая ракета... Но-вей-ша-я!

– Ты ошибся, - решился наконец развеять заблуждения Ахмет.
– Я вовсе не японец.

– Понял, братан. Понял. Ты - не японец.
– Мужчина встает и, прохаживаясь возле двери, громко говорит: - Он не японец. Я тоже не японец. Мы оба не японцы.
– Снова быстро подсаживается к Ахмету и шепотом: - Ну как? Берешь?

– Чего ты пристал ко мне?
– возмутился Ахмет.
– Никакой я не шпион, и никакой я не японец... Совсем, что ли?
– Красноречиво постучал себя по голове.

Отпор несколько охладил пыл мужчины.

Последовало тягостное молчание.

– Ты че, братан, обиделся?
– пытается разрядить атмосферу мужчина.- Ну это ты зря...

Ахмет не сразу, но ответил:

– Ахмет.

– А меня Петя, - обрадовался мужчина.
– Давай петуха, - протянул руку для рукопожатия.

Ахмет посмотрел на него, пожал руку.

– Ну вот и хокей... Чего нам с тобой делить?
– Вздохнул.
– Делить нам с тобой нечего. Оба сидим в обезьяннике... Скукотища здесь, скажу я тебе, сдохнуть можно. Хорошо, ты пришел. Вдвоем легче. Хоть поговорить можно. Кстати, что там у тебя с коровой?

– От бабки в наследство получил. А они говорят: может, украл.

– Это они могут, - посочувствовал Петя.
– Им, главное, взять человека. Прав ты или виноват - дело десятое.

– А тебя за что?
– в свою очередь поинтересовался Ахмет.

– Меня? Ни за что. Баба пожаловалась, и загребли.

– Жену побил?

– Да нет. Я человек свободный. В том смысле, что ни одна баба юридически не оформила меня в свою личную собственность. Так что вопрос о жене отпадает.

– Чужую побил?

– Никого я не бил, - с легким раздражением ответил Петя.
– Шел просто по рынку, проводил маркетинг. Я по профессии - менеджер по маркетингу... Иду и думаю, где бы мне надыбать хоть какого-нибудь спонсора. Смотрю - идет женщина. Я на нее посмотрел, и она на меня посмотрела. Между нами как будто искра проскочила. Смотрит она и не может оторваться. Говорит, какой я интересный мужчина и прочие приятные слова.

– Прямо так и говорит?

– Конечно. Она же голову от любви потеряла. Мне даже неудобно стало. Вокруг люди... Короче. Высказала мне все это. Вздыхает и говорит, что у нее муж, семья и все такое прочее. Но в знак любви своей она хочет сделать мне подарок на память. Достает из сумки кошелек и протягивает мне. Вот, возьмите, говорит, от меня на память... Что мне было делать? Вот ты бы взял у нее кошелек?

– Не знаю, - пожал плечами Ахмет.

– Вот и я так же, - продолжил Петя.
– Не знал, что делать. Брать неудобно. Не взять - смертельную обиду женщине нанесешь. Пришлось взять. На этом мы с ней расстались... Я положил кошелек в карман и пошел своей дорогой... А она знаешь куда побежала? Ни за что не догадаешься... В милицию, вот куда... Прибежала и говорит, что у нее кошелек с деньгами украли. Представляешь?

– Что же ты сразу не сказал им, как было?

– Да говорил я, а что толку?
– сморщился Петя.
– Разве ж они поверят? Им главное - дело на человека завести. План выполнить. Произвол в чистом виде. Вот что это такое. Да, между прочим, Ахмет. Пока ты здесь сидишь, кто будет поить-кормить корову? Тебе сказали?

– Нет, не сказали.

– Надо бы узнать. Корова не чемодан, за ней ухаживать надо. Давай спросим?

– Давай.

Они принялись стучать, звать дежурного милиционера. Появился милиционер.

– Командир, - обратился к нему Петя.
– Там у человека корова была. Напоить, накормить надо бы. Жалко все же. Живая.

– И подоить потом, - добавил Ахмет.

– Ладно. Узнаю, - пообещал милиционер.

– Пусть почешутся, - проворчал Петя, когда за милиционером закрылась дверь.
– А то хватают всех подряд... Ну мы ладно. Но корова-то при чем? Она за что страдает?