– В Москву надо подаваться. Там прокормиться несложно. Для начала можно сигаретами торговать. Покупать блоками, продавать в розницу. Возле метро, на пригородных станциях, на рынках. Короче, почти везде. Там даже бабки старые торгуют. Надо только для начала небольшой капитал, чтобы было на что купить блоки разных марок. Подешевле и подороже. И вообще, определенный объем должен быть. С одного блока много не наваришь. Нормальные деньги можно получить, только если продать некоторое количество. Я думаю, нам надо будет продать корову и на эти деньги начать. Вполне хватит для раскрутки.

– Я Мануш не собираюсь продавать.

– Ты не торопись. Подумай. Лето все равно кончится. Самому приткнуться можно везде, а корову куда денешь? Ей помещение соответствующее нужно. И кормить чем-то. Трава-то зимой не растет.

– Я ее продавать не собираюсь!

– Ну вот, заладил. "Не собираюсь, не собираюсь". Я же тебе дело говорю. Очень неплохо можно раскрутиться. Хитрого здесь ничего нет. Оптом купил - в розницу продал. Купил - продал. Купил - продал. Если тебе уж так нужна корова, к весне у тебя денег будет - не одну корову можно купить. Купи и снова с коровой гуляй, если тебе уж так нравится.

– Слушай. Я же тебя не звал. Сам пришел. Я тебя не держу. Езжай куда хочешь. Хоть в Москву, хоть в Ленинград. Продавай - покупай, что хочешь.

– Ну ты упрямый. Как осел. Я же как лучше хочу.

– Не надо мне твоего "лучше"! И вообще, отстань от меня! Вон дорога! Иди!

Наступила тягостная пауза.

– Ладно. Не заводись. Не хочешь - не надо.

Утром Ахмет, как всегда, подоил корову. Они с Алексеем позавтракали и Ахмет пошел в поселок продавать остатки молока. Когда он вернулся, ни Алексея, ни Мануш на месте не было. Рюкзак тоже исчез. Ахмет все понял. С ведром в руке он выскочил на дорогу. Дорога была пуста. Ахмет побежал в том направлении, в котором они вчера шли. Минут через десять повернул обратно. Миновал стоянку, еще пробежал какое-то расстояние и тут увидел первую свежую "лепешку". Понял - бежит правильно. Далее внимательно смотрел по сторонам. Нет ли следов, не свернули в сторону? Но вот и они показались.

Алексей услышал топот сзади, обернулся. Сбросил рюкзак, схватил попавшийся на глаза камень и попытался ударить им подбежавшего Ахмета. Ахмет защитился ведром. Началась яростная драка двух злых неумелых бойцов. Они молотили кулаками, пинали ногами, сцепились и упали на землю, продолжая хрипеть и возиться.

Проезжавшая случайно мимо милицейская машина остановилась, из нее выскочили четверо милиционеров, подбежали и растащили дерущихся. Надели на обоих наручники. Старший среди милиционеров, капитан спросил:

– В чем дело?

– Корову украл, гад!
– Первым нашелся Алексей.

– Я украл?!
– Наглая ложь поразила Ахмета.

– Ты, сволочь!
– Алексей дернулся к Ахмету, изловчился и пнул его ногой.

– Ведите обоих в машину, - распорядился капитан.
– В отделении разберемся. Колесников, останешься с коровой и вещами. Я за тобой пришлю.

В машине Алексей непрерывно ругался, проклинал "черных", которые его достали.

– Понаехали, сволочи, житья нет. Наглые - до предела. Воруют уже в открытую. Так достали, так достали - сил нет.

– Нас они тоже достали, - поддержал один из милиционеров.

Сочувствие добавило пыла Алексею.

– Надо кончать это, братцы! Надо кончать!
– стонал он.
– Мочи нет!

– Ладно. Приедем - разберемся. А пока помолчи, - остановил его капитан.

В отделении задержанных развели по разным камерам. Первым капитан вызвал Алексея.

– Рассказывай.

– В Грозном я жил, - начал Алексей.
– Работал в жэке сантехником. Когда началась заваруха, пришлось бежать. В чем был, в том и бежал. Все пропало. Вещи, документы, деньги. Все.
– Всхлипнул, утерся.
– Мотался. Работы нигде нет. Так, подрабатывал иногда. Кто наймет. На постоянную работу устроиться не удавалось. Решил к бабке податься. Она у меня тоже на Кавказе в селе жила. Раньше боялся. Поймают - уведут в горы. А тут - решился. Приперло очень... Ну, добрался, а она как раз недавно умерла. В доме уже другие живут. Тоже родственники. Дальние. Мне от бабкиного наследства корову выделили. Вот и побрели мы с ней.

– Далековато ты забрел, - заметил капитан.

– Я ее пытался продать, но у народа в селах денег нет. А на мясо в город мне ее жалко... Предлагали мне ерунду, но за бесценок тоже отдавать неохота. Вот потихоньку и шли. Пока этот козел не попался. Я его сначала пожалел. Накормил. А он, когда я отошел ненадолго, увел корову. И рюкзак забрал. Но далеко он не успел уйти. Догнал. А тут - вы. Остальное уже знаете.

– Хорошо. Сейчас тебе дадут бумагу, авторучку, отведут в камеру, и ты все, что рассказал, напишешь. Еще напиши фамилию, имя, отчество, год рождения, где родился, где жил, работал. В общем, всю биографию. Понял?

– Товарищ капитан, столько писать. Что я, писатель? Со школы терпеть не могу ручкой карябать. Я же все рассказал. Что не ясно - спрашивайте. Отвечу... А? Товарищ капитан...

– Ничего, напишешь. Такой порядок... Галушкин!

Вошел милиционер.

– Отведи его в камеру, дай бумагу и авторучку.

– Товарищ капитан...

– Все. Идите.

Затем привели Ахмета... Капитан смотрит его паспорт. Лицо у капитана полное, на вид туповатое.

– Слушаю вас.

– Что говорить?
– не понял Ахмет.