Дочери Иоанна Тёмного, Мирра и Слава уже давно превратились в ухоженных и симпатичных девушек. Старшая Мирра готовилась выйти замуж за внебрачного сына императора Йоханыса IV, Менгеша. Младшая, Слава, поражая всех красотой своего гибкого чёрного тела и нежными обводами прекрасного лица, ожидала своего жениха, желая получить лучшую партию, чем старшая сестра, но пока было неясно, какую и из какой страны.

Получение титула императора Эфиопии, торжественная коронация, поздравления от некоторых глав европейских государств, главным образом, «бывших», а также полное игнорирование от других, не омрачили моего присутствия духа.

При поддержке французов и итальянцев было поднято восстание в провинции Тиграи, но оно было быстро подавлено войском расом Алуллы Куби, зачинщики все казнены, а их связи с французами были выявлены и публично оглашены с приведением всех необходимых для этого доказательств.

В отместку было поднято восстание в Джибути, где среди воинов местных племён оказалось немало эфиопов. Злые и жестокие французы, лишились своей колонии в Джибути, а их порт был передан в управление частной компании, правда, французской, но за большие деньги.

Вествуд затаился, где-то поблизости, периодически выявляя британских агентов и сдавая их людям Палача. После провала нескольких операций по организации покушения на меня и публичных казней убийц, провокации и нападения на меня прекратились, так же, как и на моих приближённых.

Тайная служба вышла на такой уровень, несмотря на то, что её основу составляли бывшие дикари, что больше никто из европейских держав не рисковал с нею связываться, особенно после серии загадочных смертей, прокатившихся по Европе и затронувших людей, прилюдно призывавших меня убить и занимавших при этом, достаточно значимые посты.

В это же время, абсолютно неожиданно для меня ко мне обратился с письмом от министра внутренних дел Российской империи Святополка-Мирского, Феликс фон Штуббе. В нём высказывалась просьба, насколько это, возможно, принимать политических ссыльных, заменяя им тюремное заключение, ссылкой не в Сибирь, где они бы продолжали свою подрывную деятельность, а в Африку, на перевоспитание. Воспитательный процесс, это чудо из чудес, такое я люблю.

Мне же было только выгодно, принимать у себя этих социал-революционеров и прочих кадетов, меньшевиков, народовольцев и других деятелей, финансируемых из-за границы. Определённый риск в этом был, но безграмотные русские переселенцы, а также дикие негры, не понимали их. А те, кто всё же понимал, не желали с ними общаться — некогда было.

Непаханая целина, круглогодичный сбор урожая, покупка скота на заработанные деньги, натуральный обмен продуктами, помощь оставшимся в России или в глубине Африки, родственникам и семьям, отнимали все силы у людей, не давая им возможности слушать о победе социализма над капитализмом.

Ждать светлого будущего, которое можно достичь, сломав монархию и убив треть населения в бесплодной борьбе, а потом, опять вернуться к тому, отчего и ушли, никто не хотел, даже не зная всего этого. Мещане!

Справедливость была нужна здесь и сейчас, и в упрощённом виде она и была в Судане. Тот, кто был смел, умён, работоспособен, пробивался вперёд, ведя за собою и остальных. Строились церковно-приходские школы, церкви, элеваторы, мельницы. Создавались тракторные станции, покупаемые на паях всей общиной переселенцев или отдельными фермерами из Америки, главным образом ирландцами в кредит. Кредит им давал «Первый африканский» без процентов в счёт будущей прибыли.

Открыл свои многочисленные отделения по всему Судану и Эфиопии, а также во всех немецких и американских колониях «Первый африканский банк» сужая людей деньгами под смехотворныедва процента и получая ещё процент от прибыли. Медленно, но верно, разрастались фруктовые сады, посевы различных культурных растений, в том числе и таких редких, как ваниль.

Многое, многое предстояло ещё сделать. Борьба с мухой цеце и уничтожение ареала её распространения, отведение воды из рек Конго и Нигера в сторону озера Чад и озеленение пустынных земель вокруг него. Разработка золотых и алмазных приисков, месторождений меди, железа, нефти. Создание заводов по переработке ценной древесины и собственных производств одежды и тканей. Всё это требовало специалистов.

Уже работали медицинские лаборатории и создавались фармацевтические производства. Начинали строиться железные и грунтовые дороги и телеграфные станции. На всё нужно было время, пока сильные мира сего, оставили на время в покое и Африк, и, Иоанна Тёмного, переключившись на Россию и себя.

Братья Нобели, тянули нефтепровод Баку — Батум, их «Товарищество нефтяного производства», заключило договор с акционерным обществом «Русская нефть», Феликсом фон Штуббе, в лице инженера-нефтяника Шухова. Они активно развивали перегонку нефти и продажу нефтепродуктов, с ними вступили в жёсткую конкуренцию французский банкирский дом «Братья Рошильды», выдавая кредиты русским нефтепромышленникам под ничтожныедва процента.

В конце концов, Штуббе и Нобели уступили, занявшись в основном развитием нефтяной отрасли по глубокой переработке нефти. В этой истории была и своя предыстория, связанная с фирмой Рокфеллера «Стандарт ойл». Об этой предыстории знал барон Гинзбург и позже использовал её себе на пользу.