Напротив Старков на жестких стульях неловко замерла блондино-брюнетистая троица. Во взгляде Стива, обращенном на Тони, отчетливо читались тоска, стыд и типично кэповское упрямство, с которым он когда-то пошел мочить Черепа, а после — выносил мозг Мстителям своим “Не выражаться!”

Плечом к плечу с ним (к своему тихому неудовольствию) сидел Баки. В его глазах, в отличие от ярких эмоций Роджерса, больше подошедших бы герою мелодрамы, застыла лишь ледяная стужа. Барнс понимал, что натворил. И был готов к любому наказанию, которое из жажды мести мог придумать человек, чьих родителей он собственноручно уничтожил. И в то же время, мужчина в глубине души прекрасно знал — ни одни пытки мира не смогли бы искупить те преступления, что он совершил. Пусть за ниточки безвольной марионетки дергала ГИДРА — кровь-то осталась на ЕГО руках.

Возле Баки приткнулась Стэфани. Она, в отличие от суперсолдат, на Старка не смотрела — взгляд ее, отчаянно-сожалеющий, был устремлен на Ри. За время учебы в Академии девушки крепко сдружились, как, впрочем, и все в их шизанутой компании. Им и в голову не приходило, что когда-нибудь дружба может разрушиться. Это казалось таким же невозможным, как поющие серенады драконы или упавшее на землю небо. Ребята настолько сроднились друг с другом в духовном плане, что в отрыве от остальных себя уже не воспринимали.

И тут — такой удар.

Именно благодаря дружбе с Ри, Стэфани хорошо ее узнала. Эта девушка редко сближалась с людьми, но если уж такое случалось — стояла за них горой. Неважно, что говорят окружающие. Неважно, насколько странным или опасным был круг ее общения. Она встанет плечом к плечу и останется рядом, даже если весь мир ополчится против тебя.

Но никогда еще ей не приходилось выбирать между двумя родными людьми.

Стэфани знала — это знание жило где-то внутри, где по всем канонам должна была обитать знаменитая женская интуиция — знала, какой выбор сделает Ри. Они обе это понимали. В этом конфликте Ри встанет на сторону Старка. Какими бы там ни считали волшебников, конкретно эта представительница магического сообщества свято соблюдала христианский принцип “да прилепится жена к мужу”.

Тони Старк взял ее в жены и — что бы там ни говорила в самом начале — Ри согласилась абсолютно добровольно и даже не рассчитывала на выгоду, которую могла бы получить. Она осознанно встала за его плечом. И также осознанно последует за ним хоть в огонь, хоть в воду.

И так же Стэфани знала, что Ри не сможет причинить ей вреда, как далеко бы ни зашел конфликт. Они ведь семья, пусть не по крови, но по духу. Ри не причинит вреда ей, но обязана будет обезвредить (или еще что похуже) Баки и Стива, что косвенно, опять же, отразится на Мэйн.

И меньше всего на свете та хотела, чтобы подруге ежесекундно пришлось делать этот страшный выбор.

Выбор между дружбой и любовью…

Именно поэтому она решила рассказать о воспоминании Барнса Старку. Именно поэтому убедила в этом Стива, до последнего желавшего сохранить все в тайне. От недоговорок одни проблемы — Стэфани знала это так же четко, как дважды два четыре. Когда-нибудь правда всплывет наружу, причем, в самый неподходящий для этого момент.

Последствия могут быть непредсказуемы.

Лучше всего явиться в Башню с повинной и обстоятельно рассказать о Баки, его жизни в ГИДРЕ и миссиях, на которые его отправляли. По крайней мере, о тех, какие он вспомнил.

Старк заслуживает знать правду. А то, как он этой правдой распорядится… Что ж, Стэф примет любой его выбор. И постарается помочь суперсолдатам — все же не чужими друг другу стали.

И все же в душе жила глупая, по-детски наивная надежда, что все образуется. В конце концов, они две умные женщины! Неужели не смогут направить диалог своих мужчин в нужное русло?

***

— Давайте-ка еще раз повторим, — нарушил затянувшееся молчание Старк. — Вот этот человек, твой давний друг, который, вроде, помер еще семьдесят лет назад, но не до конца. Попал в лапы ГИДРЫ и выполнял ее задания… Одним из которых было убийство моих родителей. Я ничего не упустил?

— Нет, — мрачно ответил Стив.

— И вы пришли сюда, чтобы… чтобы что?! — голос все же изменил миллиардеру, и в нем прорезались истеричные нотки.

Еще бы! Не каждый день тебе открывают тайну прошлого. Причем, на редкость грустную и паршивую тайну.

— Неужели надеялись, что я великодушно прощу вас и как долбанная диснеевская принцесса запою про силу дружбы? Да какого черта! — Старк не выдержал, вскочил со стула и тяжело оперся о стол; немигающим взглядом он уперся в Стива: — И после этого ты смеешь обвинять в предвзятости меня?..

Роджерс опустил глаза.

Сказать ему было нечего. Да Тони и не ждал ответа.

С силой оттолкнувшись от поверхности стола, миллиардер направился к дверям. Ри, окинув Барнса со Стивом нечитаемым взглядом, тенью последовала за ним.