В груди разливается блаженное тепло. И что-то трепещет. Как крылья бабочки. Никогда раньше я не испытывал ничего подобного…

Коза попалась. И она не вырывается. Не брыкается и не кусается.

Она поднимает на меня глаза. Я держу ее лицо в своих ладонях. Вижу безграничное удивление.

Она хочет что-то сказать. Но я прикладываю палец к ее губам.

— Тсс!

Они мягкие, нежные и такие манящие, что через меня проходит разряд тока. Я не могу ждать ни секунды.

Я целую ее.

Реальность исчезает.

Я начинаю осторожно, касаясь ее губ легко и нежно. Но потом у меня сносит крышу. И я жадно впитываю их, неистово изучаю, пытаюсь проникнуть глубже…

Мы оказываемся на кровати. Ева подо мной. Я целую ее шею, добираюсь до хрупких трогательных ключиц, и мне хочется съесть их.

Дикое желание. Я весь сейчас состою из диких желаний…

Я уже забираюсь под вырез, я почти рву футболку зубами. Меня трясет, перед глазами пелена…

И тут Ева внезапно отталкивает меня.

— Хватит!

Я замираю.

Сердце бешено колотится. В ушах пульсирует огонь. В груди — проснувшийся вулкан.

Я весь — вулкан.

Как думаете, можно остановить проснувшийся вулкан? Природе такие случаи неизвестны. Но я остановился.

Я смог.

— Ты чего? — снова произносит Ева.

И толкает меня в грудь.

Я приподнимаюсь. Она отползает от меня и забивается в угол кровати.

— Ты что… боишься меня? — поражаюсь я.

— Ты ведешь себя странно, — выпаливает она.

А сама раскраснелась, тяжело дышит, поправляет выбившиеся локоны и прикусывает нижнюю губу…

Блин! Как это больно!

Невыносимо.

Смотреть на нее — такую желанную, такую невозможно сексуальную, помнить, как она только что отвечала на мои поцелуи… Да, отвечала! Она целовала меня в в ответ, она обнимала меня и гладила своими маленькими ладошками.

А теперь Ева смотрит на меня с безопасного расстояния…

Ей было хорошо. Так же, как и мне.

Что случилось?

Наверное, надо объясниться. Более подробно. А то я просто выпалил: “Люблю тебя”. И набросился, как безумный.

— Ева… — начал я. — Я много думал. Я страшно мучился. Все это время. Я считал, что это неправильно. Я сопротивлялся… Но это бесполезно. Я люблю тебя. Я не могу без тебя жить. Ты мне нужна. Очень.

Она смотрит недоверчиво. И слегка испуганно.

Неужели я такой страшный?

Она молчит. Ничего не отвечает. А я волнуюсь так, что готов грызть спинку кровати.

— Кажется, я тебе нравился, — выдавливаю я. — Сначала.

— Это была шутка!

Ева пытается улыбаться.

— Шутка?

— Ага. Я просто издевалась над тобой.

— Не верю.

— Что, не сомневаешься в своей привлекательности? Привык, что девушки штабелями складываются от одного твоего взгляда?

— Ты неправильно обо мне думаешь. На самом деле я очень неуверенный в себе человек.

Ева лишь усмехается.

Почему мы говорим обо мне? Все должно было быть не так!

И тут меня пронзает запоздалая мысль: я даже цветов не купил! Приперся с пустыми руками.

Блин. Идиот.

Не умею я ухаживать за юными девушками!

Вместо цветов — стиральная машинка. Очень романтично!

Дебил.

Ева — совсем девчонка. Ей нужны цветы, конфеты и мягкие игрушки. Ей нужна романтика.

Я ее напугал своим напором. Она не ожидала. Еще недавно я говорил ей прямо противоположное, а теперь признаюсь в любви…

Я все делаю не так!

— Давай просто вернемся домой, — говорю я. — И попробуем начать все с начала.

— Что начать?

— Ну… наши отношения.

— Какие еще отношения?

— Будущие.

— Я уже начала все сначала. У меня новая жизнь. Самостоятельная и независимая. Учеба, работа, друзья. Сценарии. Я за этим приехала в Москву. А не за тем, чтобы заводить романы со взрослыми мужчинами.

— Я не предлагаю тебе роман.

— А что ты предлагаешь?

— Выходи за меня замуж.

— Ты рехнулся! — выпаливает Ева.

— Да. Я сошел с ума. И причина этому — ты!

— Я не знаю, что с тобой происходит. Может, у тебя кризис среднего возраста. Может, ты решил утереть нос племяннику. Может, кому-то что-то доказываешь… Не надо втягивать меня в это.