– Мы найдем кого расспросить, – заверила Диана. – А пока тебе лучше поесть.

– Да, наверное.

– А торт принесут?

– Кстати, можно попросить.

– Ура!

Кевин запрыгал по комнате, хохоча и размахивая руками.

Кроме торта – не воздушного, конечно, а попроще – принесли еще копу и несколько местных блюд. Едва увидев еду, Ила ощутила, что тупорука готова съесть. Когда много колдуешь, есть всегда хочется, да и усталость накапливается. И чем мощнее заклятия, тем быстрее они тянут силы. Не физические, а какие–то умственные. Когда долго решаешь сложные задачи на уроке по числам такое же ощущение. Сложно сосредоточиться, хочется отвлечься на что-то другое, может голова заболеть. Главный признак – сухость во рту, от которой не избавиться, просто напившись.

Когда к магической нагрузке добавляется физическая, то «высохнуть» от магии еще проще. В том числе, от истинной. От нее Ила уставала даже быстрее. Хотя в архивах и говорились, что истинные маги обладали почти неисчерпаемыми запасами магических сил. Не ведали усталости, могли творить заклятия, для которых не существовало достаточно мощных магоэлементов. Иногда Иле казалось, что все это наглое вранье.

– Могуществанная, они собрались, – довольно неожиданно донесся до нее голос Терикана. Поев, Ила чуть было не задремала.

– Я иду.

Когда Ила с защитниками добрались до здания Совета Фактории, оно оказалось разгромлено: внутренние двери выбиты, с иглолистов ободрана листва, повсюду валялись обломки мебели и разбитые формы. Будто рралы магоэлементы искали. Ушло не меньше шара, чтобы переловить блуждавших по коридорам поднятых. Затем, еще столько же выясняли, куда делись ключник и держатели. Как раз тогда Ила позволила усадить себя в одну из комнат и послать в ближайшую уцелевшую теплую за едой.

Когда они с Териканом вошли в комнату Совета, номме внутри… нервничали. На стуле сидел только грузный имперец. Судя по всему, Тулавиан Церт – держатель магоэлементов. Из оставшихся четверых двое были Саме из младших семей: Шонут и Гидиж Лотос. Первый – ключник фактории, второй – держатель финансов, оба с манусами на руках. Даже в их внешности что-то напоминало о «древних» Саме. Те же тонкие лица и острые носы. Помимо них она опознала держателя шахт – Ги Этеста. Он стоял у окна и обеспокоенно смотрел куда-то вниз. Четвертый, скорей всего, был нормандцем. Он не носил ни герба на одежде, как сайнессцы, ни семейного браслета на запястье, как онорец, зато даже над немаленьким Териканом возвышался на целую голову, а волосы были даже белее, чем у нее. Раньше Ила нормондцев не встречала, но внешность и вправду оказалась показательной. Простоватое лицо выдавало крайнюю степень замешательства. Значит, Вакунг Альтвист – держатель порта.

– Я пришла, уважаемые, номме…

– Могущественная! – тут же вперед вышел старший Лотос и, встретившись с ней взглядом, прикрыл глаза на полный мал. – Сама магия послала вас к нам! Наша благодарность не знает границ! Если бы вы знали…

– Может, ты перестанешь? – недовольно перебил его онорец. – Сначала разберемся со всем этим… этим, а потом будешь политические знакомства заводить?

– Что?! Да у меня и в мыслях не было!

– Не было, не было, – бросив еще один взгляд в окно, мужчина повернулся к Иле. – Вижу вас, леона Тарлиза. Ги Этест, верхняя семья, держатель шахт фактории, – он подошел ближе и прикрыл глаза на пару мотов. – Вы действительно чрезвычайно нам помогли, хотя ваш визит и стал для нас неожиданностью…

– Хочет понять, зачем ты здесь, – хмыкнула Луиза.

Леона Серанора сама преподавала ей дипломатию, у Луизы это был один из любимых предметов.

– Как все это произошло? – спросила принцесса, еще раз обведя комнату взглядом.

За шар до этого ей пришлось упокоить здесь молчуна, еще с двумя справились защитники. С тех пор изнутри успели убрать тела и вынести сломанную мебель. Пятна крови с паркета никуда не делись.

– Мы удивлены не меньше вашего, могущественная, – ответил ключник. Перед этим он бросил короткий взгляд на младшего брата.

– Что-то скрывает, – тут же сделала вывод Луиза.

– Разумеется, им есть, что скрывать, – согласилась Диана. – Тем более, после произошедшего подозрения будут падать на них.

– То есть, они ничего не скажут…

– Пока не узнают, зачем ты здесь – вряд ли.

Пауза затянулась. Оба Лотоса смотрели на нее невинными глазами. Онорец медлил, будто на что–то решаясь, затем отошел обратно к окну. Альтвист… возможно, в ней говорили стереотипы, но ей почему-то казалось, что от нормондца она вряд ли добьется чего-то путного. А вот Тулавиан Церт…

– Имперцы хорошо к тебе относятся, – согласилась Луиза. – Только говорить с ним лучше наедине.

– Да, ты права.

– Номме Лотос, – произнесла Ила вслух, – вы понимаете, насколько ситуация серьезная? Граждане Сайнесса погибли.

– Это ужасно, но на Диком такое постоянно происходит, – ответил ключник.

– Не в самой фактории и не в таком количестве, – Ила не отводила от него взгляда. – Нам в любом случае придется узнать причину. Мертвецы – это не шутки. Если не узнаем мы, этим займутся внутренники из надзора охраны. Им придется полностью проверить деятельность фактории. Вы это понимаете?

В этот раз Лотос молчал не меньше листа. Другие бросали на него взгляды, но что–то сказать не решались. Ила рассчитывала на Этеста. Формально, министерству охраны нечего было делать в фактории, потому что Дикий считался международной территорией. Ила думала, что онорец на это укажет, но он промолчал. Тоже ждал реакции ключника. Получалось, что власть у него в фактории не симоволическая, а вполне реальная.

– Я согласен с вами, могущественная. Возможно, без следователей нам не обойтись.