Третьея Волшебница – Сомерона Тарлиза, родилась около пятисот кругов назад. И, кстати, была единственной из Волшебниц, кто не посещал Дикого Материка, хотя отчего-то об этом обычно забывали. Императрица Сомерона вообще считаное число раз выбиралась за пределы Лайта, проведя жизнь в исследованиях. Страной, фактически, при ней управлял консорт – Георг Саме. Сама же Сомерона в историю вошла, в первую очередь, как создательница Сияния. Катастра невероятной силы способного полностью излечить абсолютно любой недуг. Считалось, что даже обезглавленного человека с помощью него можно было спапсти от смерти, если успеть поднести артефакт к отрубленной голове. Причем, голова не приростала обратно к телу, а выращивала из себя новое тело…

– Фу, гадость! – Кевину не нравилось вспоминать такие подробности.

– Я, кстати, согласна, – как и Луизе.

Сияние могла использовать только истинная волшебница. Артефакт хранился в сокровищнице императора. И это была одна из главных причин, побуждавших Илу к тому, чтобы поскорее войти в силу. Даже в Саду Жиневьевы, где работали лучшие маги–целители Лайта, почти ежедневно умирали люди. И она могла бы это прекратить.

Больше всего чувств в Иле вызывала последняя из Волшебниц – императрица Альбина. Самая молодая… точнее, меньше всех прожившая. Притом, что дверей она открыла ничуть не меньше своих предшественниц. Одержала победу над безумцами из альянса Старой Луны, чем спасла, возможно, сотни тысяч жизней. Клеш – возможно, сильнейшее оружие после Скайрона – теперь хранился в императорской сокровищнице, и было бы хорошо, если бы он остался там навсегда. Кроме того, Альбина сумела получить для Сайнесса магоэлемент с 34 ядрами, уничтожив Главное Древо на Диком Материке. Благодаря чему Скайрон снова обрел возможность вступить в бой.

И, конечно, самое главное… Кенор Сутра – второй Мертвый Король. Кажется, кроме нее теперь мало кто знал, что у него вообще было имя. Она никогда не слышала, чтобы его называли не Мертвым Королем, или Чудовищем, или Гнилым. В общем, как угодно, но не по имени. Было лишь одно исключение – дневники Альбины Тарлиза. В них она всегда называла его Кенором Сутра. И было даже одно место, где…

«…разрозненные и дикие, как и сам материк, племена были объеденены силой и волей молодого правителя. От одного появления Кенора сайнессцы и онорцы, сарцы и ноты, нормодцы и слайцы забывали о всех распрях, чтобы встать перед угрозой, что грозила уничтожить фактории…»

Восхищение – вот, что Ила чувствовала в этих словах. Это было первое упоминание о Мертвом Короле в дневниках Альбины. Оно относилось к ее первому путешествию на Дикий. В тот сезон инуи и тотиро из глубин Леса, неожиданно атаковав фактории, едва полностью их не уничтожили. Черный Лес и Мель полностью обезлюдели. Если бы не действия Альбины и Кенора Сутра – скорей всего, то же самое случилось бы и с остальными. Правда, нигде в летописях или дневниках не осталось сведений о том, что они как-то сотрудничали, но при этом Альбина явно была в курсе его дел. Иле даже иногда начинало казаться…

– Это так романтично! – мечтательно произнесла Луиза.

– Нет никаких оснований… – начала Диана, но Луиза перебила.

– Да ну тебя! Ты только представь какие эмоции! Какие чувства!

– Они ведь убили друг друга, – заметила Ила.

– Ну что сделаешь? – без особого разочарования повела глазами Луиза. – Поссорились. Может, она пиоты разукрасила, а он не похвалил?

– Это, конечно, веская причина, – с серьезным видом согласилась Диана.

– Конечно! – наставительно подтвердила Луиза. И спустя мал добавила мечтательно. – Мужчины такие бесчувственные…

Диана хмыкнула, но спорить не стала. Луиза нередко отпускала подобные высказывания. Учитывая, что у них не было опыта неформального общения с мужчинами, не совсем ясно на основе чего она делала эти выводы.

– Я очень наблюдательная.

***

Еще до того, как они отплыли, Шонут Лотус сообщил ей то же, что и Дунатан Орегова. На Синюю скалу напали поднятые. Он сумел связаться с кем-то из держателей по своему дублю.

– Мы с братом хотим помочь, – сказал ключник Мели, догнав их уже у пристаней.

– Чем? – спросила Ила, немного удивившись.

– Там может оказаться много измененных. Лишний манус не помешает.

– Жертвенные Саме, – хмыкнула Луиза. – Жаль райма под рукой нет, обязательно бы записала, а то ведь не поверит никто.