— Ты спас меня, — продолжил Трой, — за что я благодарен тебе.

Брат развернулся и присел рядом с кроватью, сказал:

— Цепляйся за шею.

Я недоверчиво посмотрел на Троя и спросил:

— Зачем?

— Ты слишком давно не был на улице. Цепляйся!

Я протянул руки и ухватил брата за шею, повис на нем. Трой встал на ноги и удобнее устроил меня у себя на спине. Вместе мы покинули комнату. Брат легко шагал по коридорам поместья и не обращал внимания на удивленные взгляды слуг и других членов семьи. Вынес меня на улицу и неторопливо зашагал по тропинкам, мощеным диким камнем. От свежего воздуха закружилась голова.

Трой молчал. Он сдержал свое слово и больше не утомлял меня своими разговорами. К обеду он вернул меня в постель, но мне уже не хотелось лежать. Я вновь почувствовал силу в руках и желание тренироваться. А еще вспомнил свое последнее видение, явившееся мне в бреду. Огонь, окутывающий землю, гибнущие люди, ворон и моя мысль о том, что я должен предотвратить нечто ужасное. Вот только для этого мне нужно быть сильным! И плевать, что я теперь не могу ходить, руки у меня остались. В любом случае не отступлю и сделаю все, что в моих силах, ведь я жив, а это главное. Все остальное я преодолею.

До самого вечера я ползал на руках по своей комнате. А потом уснул. Сны мне не снились, чему я был несказанно рад.

Наши с Троем прогулки стали регулярными, и теперь я сам отвлекал его болтовней. Мы разговаривали обо всем и ни о чем одновременно. Я снова чувствовал жизнь. А брат легко таскал меня по двору поместья. Ему это ничего не стоило, ведь у него была мощь, Сила и крепкое от тренировок тело. Иногда я просил Троя опустить меня на землю. Ползал по тропинкам на руках, волоча за собой ноги. С каждым днем силы возвращались, и я все чаще перемещался без помощи брата, но под его присмотром. Он был против того, чтобы я выходил из комнаты в одиночку.

Когда я не был занят прогулками, занимался медитацией. И она окончательно спасла меня, привела в норму. Нет, конечно, я не встал на ноги, они так и висели бесполезными плетями, но в остальном чувствовал себя прекрасно.

По началу медитировать было сложно, я все никак не мог принять относительно нормальную пользу, но с каждым днем становилось проще. Я наловчился управляться с ногами, подтягивал их руками, особым образом подгибал под себя и в таком положении просиживал часами.

В один из дней, когда я, как обычно ползал по комнате, ко мне пришел Отто Лонгблэйд. Он прошагал к стулу, не обращая внимания на меня, уселся и сказал:

— Я навещаю тебя не из жалости. И не по чьей–то просьбе. Можешь не разговаривать со мной, твой выбор. Но я все еще твой учитель и духовный наставник. Да и обряд испытания духа никто не отменял, а ты не отказывался от него.

— И вы, наставник, пришли узнать мое решение?

— Я его знаю, — сказал Отто. — Точнее — вижу. Сдавшийся человек не начнет вновь тренироваться. Сдавшийся человек и не выжил бы после таких ран, которые получил ты. Тебя что–то держит.

— И что же? — я добрался до стены, облокотился на нее и повернулся к наставнику лицом. Мне было очень интересно узнать, что он думает.

— Твой дух воина, — ответил Отто. — Я долго размышлял над этим, и, наконец, все понял. Даже лишившись ног, ты пройдешь испытание Гранью.

— Пройду.

— Хорошо, — кивнул личный наставник, встал со стула и направился к выходу. Уже стоя на пороге, он добавил: — У тебя чуть больше трех недель. Завтра я принесу свитки. Тебе нужно нагонять остальных, ты многое пропустил.

Отто Лонгблэйд не соврал и на следующий день завалил меня свитками и листами пергамента. Предстояло много работать. И я не ленился. С жадностью поглощал новые знания, закреплял пройденный материал и практиковался. Практиковался настолько, насколько позволяло мое нынешнее состояние. Изучал новые дыхательные упражнения и позы. Не все из них я мог повторить, но те, где не требовалось участие ног, выполнял идеально. Дыхательные практики действовали лучше всего остального. Голова прояснилась, страхи ушли, а их место заняла уверенность и спокойствие.

Передо мной снова была цель. Я не верил и не надеялся, просто шел к ней. Правда, теперь лишь в мыслях, ведь именно там я мог ходить.

За две недели до моего дня рождения заявился Трой. Он разбудил меня еще до рассвета и, вопреки моим ожиданиям, не позвал на прогулку. Брат с загадочной улыбкой просто промолчал и указал куда–то на пол. Я свесился с кровати и обнаружил там… нечто.

— И что это такое? — я задал брату резонный вопрос.

— Твои ноги, — ответил Трой.

Я с удивлением уставился на брата, а тот, больше ничего не говоря, принялся собирать хитрую конструкцию. По завершению она таковой уже не выглядела. Деревянные тонкие поручни крепились между собой особыми кожаными ремнями, образуя горизонтальные и вертикальные перемычки. Вместе они сложились в эдакие ходунки, к которым были прилажены плоские шинки со жгутами. Как оказалось, они фиксировали ноги.

Трой дождался, когда я сползу с кровати, взберусь на ходунки, и только после этого прикрепил мои ноги к шинкам.

— Попробуй! — с торжественной улыбкой сказал брат.

Я сделал осторожный «шажок» вперед, переставляя рамку ходунков. Потом еще и еще. Поначалу было непривычно, но минут через десять практики я уже сносно управлялся с моими новыми «ногами».

— Прогуляешься? — предложил брат.

— Конечно!

Он еще спрашивает! Теперь я передвигаюсь намного быстрее, чем ползком.