В конце концов, им удалось сбежать. Они нашли винтовую лестницу и спустились в катакомбы.

Баласар вышел из темной ниши в стене.

– Смотрю, дорога сюда заняла у вас много времени.

– Твои товарищи-маньяки танцуют по всему рынку, - сказал Медраш.
– Это сковывает передвижение.

Он и его брат по клану пожали друг другу руки.

Кхорин вглядывался в коридор с его тусклым, редким освещением.

– Ты уверен, что за тобой не следят?
– Спросил он. Медраш слегка улыбнулся.

– Конечно уверен. Если и есть что-то, что Баласар умеет делать, так это красться. Он научился этому, пока нарушал комендантский час и остальные правила наших старейшин.

– Справедливо, - Кхорин поднял руку к подбородку, но тут же заставил себя снова опустить ее. Он никогда не считал себя зазнайкой – по крайней мере, в вопросах, касающихся внешности, но после того, как кислота сожгла его бороду, у него появился бессознательный импульс скрывать унылые останки.
– Итак, почему ты хотел с нами встретиться?

– Кто-нибудь осмотрел сумку?
– Спросил Баласар.

Медраш кивнул.

– Волшебник ничего не смог сказать.

– Клянусь, - сказал Баласар, - талисман, который мешал лошадям, был там.

– Мы тебе верим, - сказал Кхорин. – Иначе, почему всадники восстановили контроль над лошадьми после того, как ты выкрал мешочек? А если там не было ничего, что доказало бы вину Налы, то почему, как только мешочек открыла рука, не принадлежащая жрице, доказательства превратились в пыль? Но ничего из этого нам просто так не доказать.

– Так что Платиновая Когорта - это что-то невероятное, - сказал Медраш.
– Каждый день она привлекает все больше новообращенных. Они пойдут вместе со всеми нами, когда мы вернемся на Равнину Черного Пепла, чтобы раз и навсегда уничтожить племенной союз гигантов. Где, как мы думаем, нала снова попытается предать нас.

Баласар ухмыльнулся одной из тех клыкастых улыбок, которые так часто тревожили людей, не привыкших к драконорожденным.

– Может быть и нет.

Глаза Медраша сузились.

– О чем ты?

– Я еще не рассказал обо всем, что сделал за свою шпионскую карьеру. Опасно писать все сразу, да и не спрятать за камнем большой пергамент. Я еще не рассказал о стеклодувах и песке.

Баласар начал рассказывать, как он последовал за стеклодувом и двумя другими культистами в катакомбы, где натолкнулся на летающее существо и группу оживших трупов.

– Позже, - продолжил он, - я вернулся к тому месту, где крылатое существо устроило на меня засаду. Его нигде не было, так что, возможно, я действительно его убил. Но когда я продолжил поиски, то не смог найти ни куда делись Раян и остальные, ни что-нибудь интересное.

– Тем не менее, - сказал Кхорин, - я думаю, ты был близок, - он потянулся, чтобы погладить подбородок, затем снова опустил руку.
– Я никогда не сталкивался с существом, подобным тому, что встретил ты, но мне кажется, что это - портальный дракон. Что-то типа сторожевого пса, которого может призвать жрец какого-нибудь Бога-дракона, чтобы обезопасить что-то важное.

– Это означает, что Торм дал нам еще один шанс разоблачить Налу перед выступлением всей армии, - сказал Медраш. Он всегда стоял прямо, но теперь, казалось, выпрямился еще сильнее.
– Веди, родич.

Пока они шли, нервы Кхорина были на пределе. Это не имело ничего общего с тьмой или плотным гранитом над головой, под ногами и по бокам. Для дворфа такая среда была, пожалуй, более благоприятной, чем чистое небо и зеленые поля. Он не беспокоился и о портальном драконе - даже если бы он был еще жив, трое умелых воинов справились бы с ним.

Он был обеспокоен, потому, что сейчас Нала уже наверняка должна была знать, что кто-то боролся с её фамильяром и выжил. Она не знала, что это Баласар, иначе она попыталась бы убить Даардендриена, и в связи с этим Кхорин подозревал, что это она послала монстра на балкон, чтобы избавиться от дворфа. И, если она хотела сохранить свои секреты в тайне, то наверняка поставила защиту получше, чем призванный дракончик и парочка зомби.

– Не могу поверить, что Петрин знает.
– Резко сказал Медраш.

– Трудно представить, что он может не знать, учитывая его связь со своим Богом и любовные отношения с Налой, но я не думаю, что он посвящен в детали.

Кхорин хмыкнул.

– Я думаю, что так же обстоят дела с большинством культистов, вроде тех, которые предлагали нам поучаствовать в пирушке. Они просто заблуждаются. По крайней мере, до тех пор, пока у Налы не будет достаточно времени, чтобы по-настоящему промыть им мозги.