– Я бы хотела никогда не покидать вас.
– Сказала Халонья.

После этого, на мгновение, повисло молчание. Затем Чазар пристально посмотрел на Джесри.

– И ты?
– Спросил он прохладным тоном.

Застигнутая врасплох, Джесри пробормотала:

– Ваше Величество?

– Конечно, ты уже догадываешься о планах, что я строю относительно тебя, - ответил Чазар.
– Я хочу, чтобы ты осталась на своей родине. Чтобы ты позаботилась о своих собратьях-волшебниках. Защитила их и помогла найти им место в обществе. И когда ты разберешься с этим, то будешь пожалована дополнительными должностями и почестями. В будущем ты и Халонья станете величайшими женщинами на всем Востоке. Обещаю, вам это понравится.

Джесри предполагала, что так оно и будет. В конце концов, это было высокой целью, богатством и силой вместе взятыми.

Братство было домом, но Кхорин уже ушел, и, учитывая бесчисленные опасности, проистекающие из образа жизни наемника и его деятельности, не было никакой гарантии, что он когда-нибудь вернется. И независимо от того, как часто они с Гаэдинном договаривались этого не делать, но всегда, снова и снова, причиняли друг другу боль. Они делали это с тех пор, как сбежали из Шадоуфэлла.

До сих пор…

Внезапно она заметила, как Чазар нахмурился из-за ее колебаний, а в глазах Халоньи вспыхнуло волнение. Ей не хотелось верить в то, что дракон сошел с ума – хотя бы, не так сильно и не навсегда. Но был он в здравом уме или обезумевшим, он был слишком горд, чтобы возмущаться отказом. А Халонья сделает все, что было в ее силах, чтобы эта мозоль постоянно натиралась.

Достаточно ли он мелочен и недальновиден, чтобы в ответ на отказ выступить против Братства? Или лишить магов Чессенты их недавно предоставленной правовой защиты? Джесри не хотела верить и в это. Но она и не хотела думать о Чазаре лучше, чем он был на самом деле.

Она смочила слюной высохший рот.

– Спасибо, Ваше Величество. Конечно, я останусь, если вы позволите.

Халонья нахмурилась, но постаралась превратить это в улыбку прежде, чем Чазар заметит. Это даровало Джесри еще один момент злорадства.

Но каким бы довольным ни казался дракон, услышавший её согласие, и как бы они ни старалась показать свою радость в ответ, насмешка над Халоньей была последним истинным чувством радости, которое она испытала за сегодня. Не чувствуя ликования и не в силах заснуть, Джесри отправилась бродить по лагерю.

Сможет ли она действительно хорошо проявить себя в роли придворного? Она, кто чувствует неловкость в общении почти со всем и каждым.

Имеет ли она право отказываться от своих товарищей, особенно, когда Кхорин ушёл от них?

Чем больше она взвешивала свой выбор, тем невыносимее казался каждый из них. Но, в конце концов, она увидела проблеск надежды. Если она останется, то, может быть, останется и Братство.

Она не знала, согласится ли на это Аот. Но он мог бы. Даже если бы он не согласился, то ни Аот, ни Гаэдинн не стали бы осуждать Джесри за её выбор.

Было уже поздно. Селунэ и ее блестящие слезы почти полностью были на западе. Но Джесри был слишком возбуждена, чтобы заботиться об этом. Она шагала сквозь влажный ночной воздух под храп спящих мужчин, фыркающих и гудящих повсюду, и ударов посоха по земле.

Подойдя достаточно близко, она улыбнулась, потому что в просторной палатке Чазара все еще светились пятна света. Ей даже не пришлось бы его будить. Она двинулась вперед, и тут на ее пути встал часовой. Из-за нетерпения она до сих пор не заметила его.

В своих руках он держал кирку, а под доспехами виднелась чешуйчатая риза. Значит, это был один из хранителей змей, которые продолжили носить регалии своей веры после того, как Чазар объявил их официальными служителями своей церкви. Джесри почувствовала укол отвращения.

– Бог, - начал он, - сказал не беспокоить.

– Я имею право.
– Сказала Джесри.

– Возможно, утром.
– Ответил жрец.

– Я один из лейтенантов АотаФезима, а это значит, что я высокопоставленный офицер армии. А еще я также защитник всех магов Чессенты. Его Величество назначил меня на этот пост сегодня вечером.

– Как бы то ни было, Бога не следует беспокоить.

Джесри сдержала желание убрать дурака с дороги при помощи магии. Но затем она заметила некоторые детали, которые заставили нетерпение сменится недоумением.

Конечно, она могла ожидать, что встретит часового в нескольких шагах от шатра Бога, но вместо этого хранитель змей расположился в двух шагах от неё, будто хотел быть абсолютно уверенным, что никто не сможет вторгнуться в частную жизнь Чазара. Вокруг шатра, в двух шагах от него, стояли и другие часовые.