Дети носят в карманах платки, но чистят нос пальцами.

– Почему же ты не пользуешься платком?
– спросила я Рультуге-второго, увидев его за этим занятием.

– Жалко испортить материю, - ответил он.
– Рука не портится от этого, а материя портится".

* * *

Ежедневно по утрам учителя читали дневник дежурного воспитателя.

Чтение дневника стало необходимостью, как чтение газет на Большой Земле. Дневник помогал разгадывать души чукотских детей.

ИГРЫ И ТАНЦЫ

Игры и танцы в чукотском быту занимают большое место. В хорошие дни чукотская молодежь любит играть в мяч. Эта игра несколько напоминает нашу игру в волейбол. Мячи, сшитые из тюленьей кожи и набитые оленьим волосом, можно найти везде, независимо от того, есть в яранге молодежь или нет.

Играет чукотская молодежь с увлечением и при этом проявляет большую сметливость и ловкость. Игры развивают у них способности, необходимые хорошему охотнику на морского и пушного зверя.

Игру в мяч начинают обычно ребята. Взрослые стоят около своих яранг и наблюдают за игрой с полнейшим равнодушием. Но как только игра начинает принимать массовый характер, равнодушие исчезает и почти все население стойбища включается в игру. Только малолетние да глубокие старцы не принимают в ней участия, но следят, поощрительно покрикивая.

Мяч все время в воздухе. Он очень редко падает на землю. Возбужденные игрой люди прыгают, бегают в погоне за мячом; каждый старается выбить мяч из-под самого носа своего соседа.

Игра устраивается в любое время, лишь бы позволяла погода. Нередко в полярную ночь, при свете луны, чукчи проводят за игрой многие часы. Не посчастливится вам, если в такой момент вы подъедете к стойбищу! Ваш каюр бросит собак некормленными, неустроенными и немедленно включится в игру, независимо от того, восемнадцать или сорок лет ему.

В жизни нашей школы игры и танцы заняли также большое место.

Школьный распорядок дня редко осуществляется полностью. Подует пурга и ребята не могут показать нос на улицу. Случалось, по нескольку дней дети не могли выйти из школы. В такие дни мы устраивали игры в школьном зале. Русская игра в "кошки-мышки" завоевала всеобщую любовь. В течение нескольких месяцев дети играли в нее почти ежедневно. Когда же они уставали от этой стремительной игры, то переходили к своим спокойным, плавным играм-танцам. В них они подражали зверям, птицам, с поразительным искусством воспроизводя каждое их движение.

Затейницей была Тает-Хема. Если у нее почему-либо не было настроения веселиться, тогда все проваливалось: игры не игрались, песни не пелись, и танцы не танцевались. Ребята толпой ходили за ней и упрашивали:

– Тает-Хема, повеселимся давай!

Наконец, после настоятельных просьб, Тает-Хема под общий напев и хлопанье в ладоши "выплывает" на середину зала. Сразу все оживает. Она чудесно подражает походке ворона, покачивает головой, встряхивает руками, точно крыльями.

Вот маленький Рультынкеу выполз на корточках навстречу Тает-Хеме. Пропустив руки под колени, касаясь ладонями пола, он, как утка, идет вразвалку и носом, словно клювом, чешет себе плечо. Оглянувшись по сторонам, он бесподобно начинает крякать. Ребята одобрительно смеются.

Карканье ворона, крик чайки, кряканье утки ребята передают до того точно, что могут ввести в заблуждение самого искусного охотника.

Зал наполняется шумом, смехом. Мальчики и девочки, развеселившись, выбегают на середину и азартно исполняют чукотские танцы.

Вот Локе изображает раненую нерпу. Он медленно ползет по воображаемому льду, выбрасывает руки вперед, как нерпа ласты. Ноги у него не действуют и волочатся, точь-в-точь как задний ласт. Наконец "нерпа" "погибает", судорожно вздрагивая. Ласты-руки беспомощно сгибаются под тяжестью тела.

Тотчас налетают на "нерпу" три "ворона" - три мальчика. Один из них взбирается на лежащего и носом, будто клювом, долбит его спину. Двое других, стоя на корточках, "выклевывают" глаза.

С ревом подходит "умка" - белый медведь - и спугивает "птиц". Они как бы взлетают, садятся в стороне и с завистью посматривают на недруга.

"Умка" когтями - растопыренными пальцами рук - "вспарывает" "нерпе" живот и, облизываясь, начинает "лакомиться".

Зрители с восторгом наблюдают представление, отличную игру и "медведя", и "нерпы", и "вурона".

Развлечения школьников привлекали всеобщее внимание культбазовцев. Их часто можно видеть в школьном зале.

– Нет, вы посмотрите, - восхищается Модест Леонидович, - что они выделывают! И откуда только они знают все это? Настоящий самодеятельный театр! Я охотно согласился бы взять на себя роль антрепренера и увезти их в Ленинград.

Время истекает, но разыгравшиеся школьники не хотят спать. Они просят разрешения поиграть еще немного. Таня соглашается.