— Значит, можно.

[Чекуш, привет. Ищу покупателей на здоровенную глыбу нефрита. Интересует?]

Ответ пришел буквально сразу — судя по всему, доблестные копатели продолжали долбить породу, не отвлекаясь на более насущные вещи.

[Мы же договаривались, что ты о нас забываешь.]

[В договоре нет такой формулировки. И потом, мне вообще фиолетово, чем и где вы занимаетесь, я нефрит продать хочу. Интересует?]

[Почем?]

[Понятия не имею, сколько он стоит. Там глыба метр на два примерно. От дракона осталась.]

[Где лежит?]

[Не так сразу. Сколько вы можете за нее предложить?]

[Я тоже понятия не имею, сколько она стоит. Вдруг там мусор?]

[Давай новый контракт сделаем. Я говорю место, вы смотрите. Нравится — торг. Не нравится — забываете и все.]

[Можно и так.]

Узнав, что ради вожделенного нефрита надо спуститься на следующий ярус, Чекуш заметно расстроился. Однако мое предложение явно тронуло некие потаенные струны его мозолистой души — десять минут спустя вся команда рудокопов заявилась в пещеру дракона и начала изучать зеленый булыжник.

— Большой. Не унесем.

— Разбивать придется, цену потеряет.

— Качество нормальное. Вроде бы.

— Трещина есть. Даже две.

— Черт его знает…

— Нормальный камень, — в конце концов вынес свой вердикт Чекуш. — Но не идеальный. Предлагаю одну монету. Мифриловую, само собой.

— Одну?!

К сожалению, рыночной ситуацией я не владел и торг закончился, едва начавшись — мне удалось поднять цену до двух “мифрилок”, но сразу после этого собеседник встал в позу оскорбленной добродетели, намекнул на чрезмерную жадность с моей стороны и предложил найти более лоховитого покупателя.

Само собой, искать кого-то еще мне не хотелось.

— Хрен с ним, согласен.

— Значит, договорились. Найдешь что-нибудь в этом же роде — пиши.

— Обязательно.

Чувствуя себя простодушной жертвой хитрого мошенника, я забрал свой камень воскрешения, без каких-либо трудностей спустился на девятый уровень и снова очутился перед крепостью гномов.

Разумеется, ее ворота были закрыты.

— Эй, — крикнул я, благоразумно прячась в глубине тоннеля. — Это Фантом! Не стреляйте!

Какое-то время ничего не происходило. Затем часовой все же решил выполнить свои обязанности и недовольным голосом поинтересовался, какого черта мне нужно.

— Горри, это ты? Я пришел охотиться на слизняков! Помнишь?

— Ты должен быть с другой стороны, — сообщил в ответ гном. — Ты убежал?

— Готовился к схватке. Я выхожу, не стреляй!

Моему собеседнику явно хотелось сделать какую-нибудь гадость, но вменяемых причин для этого он так и не нашел, а потому все же отдал приказ открыть ворота.

Пять минут спустя я снова перешел через расщелину, оказавшись в царстве хищных флекторов.

— В следующий раз не пущу, — заявил Горри, демонстративно опуская рычаг и убирая выдвинутый мост. — Если опять испугаешься, это будут только твои проблемы.

— Да-да, хорошо…

Первым делом я отыскал подходящий уголок и организовал там личное кладбище. Затем прогулялся по округе и нашел уже знакомого слизня, спрятавшегося между камнями. Впрочем, драться с ним по-прежнему не имело никакого смысла.

— Ладно, глянем, что здесь творится… Флинт!

Попугаю слизняк не понравился — увидев страшненького монстра, питомец опасливо чирикнул, после чего вынес безжалостный вердикт:

— Черрвь! Меррзкий!

— Спасибо, капитан очевидность. Идем.

Какое-то время я робко крался сквозь полумрак тесных подземных коридоров, опасаясь встречи с неведомыми и страшными тварями, наводящими ужас на спрятавшихся в крепости гномов. Однако минуты шли, тоннели постепенно расширялись, а достойные противники по-прежнему не желали выходить из своих нор.

— Шкерятся где-то.

— Тррусы. Меррзкие.

— Хорош, блин, словечки всякие использовать. Говори нормально.

— Хоззяин олень.

— Чего?! Ты где этого нахватался, мелочь пернатая?!