От озвученной суммы у меня на затылке шевелятся волосы. Теперь сумма на суррогатное материнство кажется смехотворной. Никогда не задумывался, сколько нужно денег на лечение онкобольных, но сейчас начинаю понимать, когда повсюду объявляют срочный сбор какому-нибудь ребенку. Это нереальные деньги, простому смертному их неоткуда взять. Даже у меня нет свободной такой суммы на счетах. Покупка дома, оплата услуги донора яйцеклетки, оплата беременности и родов суррогатной матери, ежемесячные платежи, мои платежи — сейчас каждая копейка строго расписана, но Майе помогу, чем смогу.

— У меня нет такой огромной суммы сейчас, — придвигаю к себе мобильник. Открываю приложение банка. Майя хмурится, не понимающе на меня смотрит.

— Мне ничего от тебя не нужно. Я не смогу потом отдать тебе эти деньги, если только натурой расплачиваться, — тихо смеется, я улыбаюсь.

— Безвозмездно. Я хочу тебе помочь просто так. Возможно, добрым словом потом вспомнишь. Номер карты или телефон.

— Натан, правда, как-то неловко получается. Я тебе рассказала все это не за тем, чтобы вытянуть из тебя деньги. У меня даже мысли такой не было. Господи, да я по дружбе поделилась со своими проблемами, знаешь, высказалась тебе, немного легче стало. Брось, уверена, мы сами найдем эту сумму денег, фонд поможет, да мало ли, как в жизни все повернется. Я бесконечно верю только в хорошее.

Протягиваю руку, прикладываю палец к ее губам. Замолкает, только хлопает своими огромными глазами, в которых застыл мой мир.

— Как обычно много слов. Диктуй что-нибудь, — требую, Майя вздыхает, смотрит на меня с немым укором.

— Ты ведь не передумаешь? Да?

— Да. Я тебя не отпущу из этого кафе, опоздаю на встречу, но добьюсь своего, — Майя качает головой и с какой-то обреченностью диктует мне новый свой номер телефона. Я перевожу ей пятьсот тысяч. Деньги не мои, а Алиева, но с Русланом поговорю и позже ему эту сумму верну. Думаю, друг переживет без этой суммы какое-то время.

— Спасибо, — глухо бормочет, опускает низко голову, прячет от меня свои глаза. Я осторожно беру ее подбородок, приподнимаю голову. Она плачет. Слезы катятся по щекам потоком. Шмыгает носом, вымучивает из себя кривую улыбку.

— Все будет хорош, Май. Скоро твой брат поправится и будет тебя радовать свой очаровательной улыбкой. Уверен, что он так же, как ты улыбается, от души и в самое сердце, — стираю пальцами влагу со щек.

Радуюсь, то столик не огромный, он позволяет мне дотянуться до ее губ. Просто прижимаюсь к ее соленым губам, вдыхаю ее запах, дышим в такт, деля одно дыхание на двоих. Майя прикрывает глаза, ресницы от слез слиплись, дрожат, я не стремлюсь прервать поцелуй, так как она робко отвечает. От этой робости у меня мурашки по всему телу. И нет даже мысли, что что-то делаю неправильно сейчас.

— Я так по тебе скучала. Каждый день думала о тебе. Звонила. Ты не ответил, — шепчет мне в губы, прижимаясь лицом к моему лицу.

— Прости. Забыл, потом подумал, что уже не актуально, — целую уголок ее рта, не в силах заставить себя оторваться от девушки уйти.

— Как бы я хотела многое изменить, переписать свою судьбу, чтобы в моей жизни был только ты, — судорожно вздыхает, и первая от меня отстраняется. Мы одновременно смотрим на время на моем мобильнике. У меня до встречи осталось пятнадцать минут.

— Я так понимаю, спрашивать о том, когда ты вернешься в Питер бесполезно? — убираю телефон в карман, жестом прошу принести счет.

— Поверь, если бы все зависело от меня, я бы уже завтра покупала билет туда, но увы, — грустно улыбается, наблюдает, как я картой расплачиваюсь. Вижу по глазам, что хочет попросить остаться, задержаться еще на время, но прикусывает губу и молчит.

— Звони, — поднимаюсь со стула, надеваю пальто. — Пока.

— Пока. Береги себя. И есть не забывай, — ее улыбка отражается в глазах, на время перебивая тоску и печаль. Я нагибаюсь к ней, чмокаю в лоб, она хватает меня за локоть. Чувствую, как скользит ее рука по рукаву пальто, по запястью, по пальцам. Тепло остается лишь на коже, как воспоминания. Я не оборачиваюсь.

Возможно, не зря все эти случайные встречи, разговоры, но пока обстоятельства против нас. И планы у нас разные.

В кабинете Мальцевой сидит симпатичная молодая женщина. У нее милая улыбка, сама она сдержана и нет в ней излишней суеты. Она располагает к себе, я бы повелся на приятное впечатление, но хитрый прищур зеленых глаз настораживает.

— Добрый день, — сажусь на стул, еще раз внимательно окидываю кандидатку на роль суррогатной матери.

Мысли то и дело перескакивали на Майю. Я никак не мог выбросить ее проблемы из головы. Теперь мне понятные причины ее побега, переживаний, нервозности. Правда, до конца я все еще не верю, что Савва ее брат. Какая та одна мысль, которая витает где-то рядом без оформления, не дает мне принять сказанный факт.

— Мое имя Оксана, — слышу приятный голос женщины рядом с собой, трясу головой, пытаясь сконцентрироваться на встрече сейчас, а не думать о встрече, что прошла.

— Очень приятно. Я, Натан Якович, представляю интересы своего клиента. Вас, наверное, уже ознакомили с требованиями, — вытаскиваю бумаги из папки. Оксана берет их в руки, внимательно читает. Я смотрю на Мальцеву, она задумчиво переводит взгляд с меня на женщину и обратно. Вопросительно приподнимаю бровь, она качает головой.