— Греби! ГРЕБИ! Да, греби ты, идиот! — Надрывался Василь, крича на незнакомого мне парня, которого мы взяли с собой.

У меня теперь столько народа служит, что всех по именам уже и не запомнить.

— Греби! — В очередной раз вытащил он его голову из-под воды, не давая наглотаться и подталкивая к берегу, с которого по нам стреляли из десятка стволов. Но если уж помирать — то лучше на берегу, чем захлебнувшись холодной водой.

Парень же из холопов только открывал и закрывал рот, очевидно контуженный.

Зря я решил перегнать яхту, что пришла из Санкт-Петербурга в Сибирск всего лишь с двадцатью охранниками. Нас уже ждали. Не доплыв три десятка километров до спешно возведённого причала на Енисее, на нас напали. Били из чего-то очень мощного, оглянулся я, загребая.

Яхта, приданое Алисы от Таракановых, треща, горела и шла ко дну. Не знаю, кто из моих выжил, но над водой я насчитал не больше десятка голов, что плыли, кто к этому берегу, а кто к другому, пытались люди спастись.

— Из реактивных противотанковых гранатомётов били, — пробормотал Василь, помогая мне выбраться на берег и залечь за крупным валуном. Нас всё ещё обстреливали. — Похоже, РПГ- 27 «Таволга», — затряс он головой, пытаясь избавиться от воды в ушах. — Нам ещё повезло, что просто за борт скинуло, а не разорвало на части как тех бедолаг, что были на носу и в рубке.

— Так себе везение, — стянул я ботинки с ног, отжимая носки. На другое времени не было. Нужно было бежать, иначе нас достанут. Нутром чую, выжить будет сложно.

Хорошо заразы подготовились.

— Стой! Куда?! — Закричал Василёк на паренька, которого мы вытащили вслед за собой и оставили без присмотра.

Тот контуженный, не понимая, что творит и, испугавшись выстрелов, вскочил и побежал, тут же срезала его автоматная очередь скрывающихся в лесу бандитов, и он упал, слабо вскрикнув, смотрел я, как под ним медленно разливается лужа крови.

Глупая смерть, прикрыл я глаза, коря себе, что не уследил. Носки понимаешь выжимал, забыв про парня.

— Чёрт!

— На войне всегда так, — посмотрел на меня Василь, — идёшь, болтаешь с другом, рассчитываешь хорошо заработать и планируешь на пару с товарищем куда «боевые» потратишь, а в следующий миг его голову разрывает как спелый арбуз, заливая тебя фонтаном из крови и мозгов. Работа снайпера, — мотнул он головой, отгоняя воспоминания. — Смерть всегда выглядит глупой, — осторожно похлопал он меня по плечу. — Не время парней оплакивать. Самим бы выжить, Семён.

— Что делать будем? — Кивнул я, показывая, что всё нормально. Уже собрался.

— Нужно выбираться, а то это котёл какой-то, расстреливают нас как в тире, — посмотрели мы на тела людей плавающих в воде. Всех тех, кто не смог выбраться на берег и укрыться как мы за камнями или нырнуть в лес.

Осознать происходящее было тяжело. Сколько жён и детей сегодня лишились мужей и отцов? И из-за чего? Деньги? Может это обычные бандиты? Или Ильхам, этот сынок хана Утямыш-Гирея постарался? Мачеха, Гончаров, кто? Кто, блин?

В любом случае, они умерли из-за меня.

— Готов?

— Да, — кивнул я, заканчивая накладывать на нас: «бодрость», слабую «регенерацию» и «маскировку». — Побежали! — Сорвались мы с места, пытаясь добраться до кромки леса, в котором скрыться куда легче и у нас это получилось. Почти.

— Ай! — Упал на землю Василь, держась за кровоточащую руку, в которую попала пуля, но останавливаться было нельзя, поднял я его из месива грязи, встряхнул, и мы побежали дальше.

Под ногами ломались ветки, земля превратившаяся в жижу после того как растаял снег налипала на ботинки и тянула вниз сильнее всякой гравитации. Холодный ветер задувал, казалось, в самую душу, проморозило нашу мокрую одежду так, что зуб на зуб не попадал.

— Терпи! — Прошептал я, оглядываясь и выбирая направление, куда бежать. — Василь! Не отключайся! — Потряс я его, вглядываясь в бледное, без кровинки лицо.

Времени лечить его, у меня не было.

— Я чую их! Они удирают на север! — Прокричали в лесу, и я понял, что среди нападающих есть кудесник, а может и не один. Вполне ожидаемо…

Покрепче сжав зубы и закинув на плечо заметно сдавшего от кровопотери Василя, я побежал дальше, гнали меня как какую-то дичь, загоняя.

Преследователи не скрывались и постоянно переговаривались, споря, чьей добычей я буду. Моя маскировка не смогла сбить их со следа.

— Твари, — сплюнул я вязкую слюну, не останавливаясь.

И хоть силы у меня ещё были, но крики впереди заставили остановиться. Врагов в лесу оказалось больше, чем я думал, и они меня сделали. Нужно или пытаться прорываться с боем или покорно принять бой здесь, уповая наудачу. Варианты так себе. Похоже это конец. Живой я им нафиг не сдался.