— Господин Афон Налбат, — склонил голову гвардеец. — К вам испытуемый.

Немного растерявшись, я ещё раз осмотрел зал и только сейчас заметил человека, что сидел на полу и сливался с помещением, так как был он одет в серый балахон, под цвет окружающего нас бетона.

Сдав меня на руки этому человеку, гвардеец быстро скрылся с глаз, позабыв, что минутой ранее пренебрежительно и насмешливо называл этого человека Афоня.

Кряхтя, этот Афон недовольно поднялся и подошел ко мне, пришлось мне задирать голову, так как господин Налбат был выше меня сразу на десяток голов. Настоящая каланча, с длинным загнутым вниз носом, тёмными глазами и черными, неопрятными и сальными волосами.

— Кто таков? — Отрывисто спросил он.

— Семен Смирнов, из княжеского рода Смирновых.

— А, — вспомнив что-то, кивнул Афон. — Слышал я о тебе, парень, — хлопнул он меня по плечу. — Душегуб ты знатный.

— ЧЕГО? — Удивился я, не понарошку.

— Так это ж ты, уничтожил банду косого, раскидав их кишки по земле, — усомнился в своих словах экзаменатор, вглядываясь в меня. — И ты же говорят, каторжников тьму положил, уже образовалось у тебя личное кладбище рядом с усадьбой.

— Эээ… Да, но… — Хотел я возразить.

— Выходит, зря я нынешнюю молодежь хаю. Есть ещё добры молодцы на земле, знающие с какой стороны за нож браться, — пробормотал себе под нос Афон. — Не поверишь, — посмотрел он на меня, — у кого мне приходится экзамены принимать, — с отчётливым неодобрением покачал он головой. — Надушенные, словно бабье, какое. Одежда в рюшках, бахроме. И этот, как его, — пощелкал он пальцами, вспоминая. — Маникюр. Вот!

— Ну, да, — осторожно кивнул я, так как видел такое. Мой папаша яркий тому пример, ходит за ним личный слуга, протирая места, куда тот хочет сесть.

— Вот ты знаешь, — одобрительно осмотрел мою сугубо практичную одежду экзаменатор, — чем должен обладать любой кудесник, начиная с первого ранга и заканчивая третьим?

— Эм, ну, — подумав, что ненавязчивый экзамен уже начат, я стал отвечать, перебирая варианты. — Обширным запасом заученных форм? Умением стрелять?

— Чувством жопы! — Неожиданно прокричал мне в лицо Афон, неслабо, испугав. — Задача кудесников на войне — выжить. И те, кто обладают I или II ступенью, первым делом должны думать, как не помереть, — прорычал этот псих. — Война с турками и этими жёлтыми обезьянами не за горами, а наша страна, те кто должны её защищать, упиваются своим величием, ходят на балы и душатся одеколонами, когда должны тренироваться и не жалея себя рвать жилы, чтобы стать сильней! — Разошелся Афоня, махая руками и выступая передо мной. — Знаешь сколько у нас V рангов в стране?

— Не знаю, — осторожно пожал я плечами.

— Меньше сотни! — Гаркнул он. — А ведь эти кудесники — основная сила Империи. От количества тех, кто достиг V ранга — зависит положение всей страны!

Я стал понимать, почему тот чиновник не хотел, чтобы я сдавал экзамен этому типу. Фанатик.

— Почему?

— Этих монстров в человеческом обличии не закидать трупами. Артиллерия, вертолёты, массированные бомбардировки, им нипочём. Их щиты и не такое выдержат, — взял меня за грудки Афон, подтянул к себе и в каком-то полуобморочном состоянии втолковывал это всё. — Если тех, кто ещё не достиг пятой ступени, может достать обычный человек, коли хорошенько подготовится, то кудесников пятой ступени убивают только другие кудесники пятой ступени. Уразумел?!

— Да, да, — осторожно высвободился я из хватки экзаменатора и отошел подальше, поглядывая на выход из зала, в котором мелькала ухмыляющаяся голова того гвардейца, что привёл меня сюда.

— Я к чему это говорю, — прокашлялся Афон, став чуть более адекватным. — Турки и китайцы превосходят нас числом кудесников, — мрачно заметил он. — Война будет кровавая… А теперь, — хлопнул он в ладоши, разгоняя мрачную атмосферу, — начнём экзамен. Твоя задача выжить, — полетел в меня сгусток огня.

— Ах, бля, — отпрыгнул я в сторону.

Через полчаса, выжатый и измочаленный как половая тряпка я плюхнулся на заднее сидение автомобиля, что ждал меня за порогом канцелярии в Сибирске и вяло махнул рукой Михаилу Жуку.

— Домой, — еле пробормотал, я, уже засыпая.

— Чего это от босса жареным мясом пахнет? — Спросил Степан с водительского места.

— А я знаю? — Пожал плечами Василь, пока Михаил укрывал меня одеялом, давая возможность отдохнуть, пока мы ехали в аэропорт.

Как не пытайся я показать меньше чем могу, пришлось использовать формы II ступени. Афону словно было плевать на меня, чуть не поджарил он меня своим первым ударом, а дальше стало только хуже. Мне только и оставалось, что ставить щиты и молиться.

Мой секрет, теперь не секрет, значилось во всех документах, что отныне Семён Андреевич Смирнов имеет вторую ступень кудесника.

Не такое я ожидал увидеть, когда заходил в свой дом по приезду из Сибирска.

Уже вечерело и по посёлку гуляло много детей и парочек, приветствовали они меня, ломя шапки и поздравляя с удачной поездкой. Вот откуда знают? Ничего здесь не утаишь.

— О, барин идёт, — намеренно громко высказалась Маша, присматривающая за детьми младшей группы детдомовцев, которых я набрал в Сибирске ещё осенью.