Вдруг Джонни махнул рукой и воскликнул:

– Вон! Птица! Куропатка! Вы мне показывали такую!

– Верно, у тебя острый взгляд, сынок. Где-то поблизости должна быть вода.

Они остановились, Хондо повернулся в седле, оглядываясь вокруг, потом пришпорил коня и двинулся влево вниз по склону к возвышавшемуся там камню.

– Вероятно, там. После дождей вода уходит в низины. Иногда подземные воды появляются на поверхность.

– Я есть хочу, - сказал Джонни.

– Я тоже.
– Хондо взглянул на мальчика.
– А ты не видел каких-нибудь насекомых?

– Пчел. Я видел пчелу на цветке. Потом она улетела.

– В какую сторону?

Джонни нахмурил лоб. Потом сказал, указывая рукой:

– Кажется, туда.

– Точно.

Хондо натянул поводья и остановился. Джонни вдруг увидел внизу у камня рысь. Зверь лежал, распластавшись за земляным бугорком, его желтоватые глаза уставились на людей. Пушистый хвост, слегка приподнятый, чуть подрагивал.

– Не бойся, сынок. Если ты ее не тронешь, она не набросится на тебя. Рысь, кажется, просто отдыхает.

Впереди, словно из-под земли, перед ними вырос обломок скалы, острой вершиной уходивший прямо вверх; на поверхности монолита можно было видеть глубокие извилистые трещины - следы воздействия времени, дождя и ветра. Они объехали его с другой стороны, здесь тихо журчал по камешкам ручей и росли три ивы.

Хондо соскочил с седла и помог Джонни спуститься на землю, потом отвел коней в тень. Вместе с Джонни он насобирал сухих веток для костра. Над ухом прожужжала одна пчела, потом другая.

Хондо схватил Джонни за руку и показал наверх, где у чуть заметного отверстия в скале кружилось несколько пчел.

– Там улей. И много меду.

– Его можно достать?
– загорелся Джонни.
– Ну хоть чуточку?

– Не знаю, но что-нибудь придумаем.

Еще утром Хондо подстрелил зайца, ободрал и выпотрошил тушку. Теперь он подвесил ее жариться над огнем. Потом Хондо обошел скалу, внимательно осматривая горизонт, не видно ли где-нибудь облачка пыли. Дважды уже в этот день он замечал на земле следы индейских коней.

Вернувшись, Хондо поел вместе с Джонни.

Вскоре он сказал:

– Пора возвращаться. Мама, наверное, волнуется. На сегодня достаточно.

И пока Джонни набирал воду во фляжки, он пошел еще раз взглянуть на местность, и тотчас поспешно вернулся.

Четверо индейцев ехали прямо к скале. Они уже были так близко, что Хондо смог рассмотреть их лица и одежду. И его худшие опасения начали оправдываться: он узнал горных индейце", редко появлявшихся в этих местах и вряд ли знавших Витторо. Они ехали медленно, пристально глядя под ноги лошадям.

– Джонни, - сказал он, стараясь сохранять спокойствие.
– Беда. Горные апачи... не из племени Витторо.

Мальчик, казалось, совсем не испугался, наоборот, был полон желания сражаться.

– Мы будем стрелять?
– вдруг спросил он.

– Попробуем без этого обойтись, - отвечал Хондо.
– Иногда можно избежать крови. Мирное решение - лучшее решение.

Они ждали. Вдруг из-за скалы донесся стук копыт, и вскоре перед Хондо и Джонни выросли четыре фигуры смуглолицых всадников.

Хондо взвел курок револьвера.

– Начинается.
– И сурово приказал Джонни: - Уйди за камень и оставайся там, пока не позову.

Их разделяло не более, чем тридцать ярдов.

– Ола, братья!
– Хондо услышал сзади шаги, - это Джонни ослушался его и вышел из укрытия.

Индейцы остановились. Наступило тягостное молчание. Потом они медленно, глядя мимо Хондо, поехали навстречу. Он оглянулся и увидел, что Джонни надел на лоб повязку, подаренную Витторо. Апачи были поражены, заметив индейский знак на голове белого мальчика.

– Кто он?
– глухо спросил один из всадников.

– Кровный брат Витторо.
– Хондо старался говорить торжественнее.
– Это Маленький Воин!

Индейцы, Хондо чувствовал, не поверили ему. Один из них держался поодаль от товарищей. Он время от времени бросал злобные взгляды на Хондо, и тот не спускал с него глаз.

Имя Витторо, наконец, подействовало на них.

– Что вы здесь делаете?

– Мальчик знакомится с пустыней. Таково желание Витторо.
– И добавил: - Мальчик должен быть воспитан настоящим воином.