— Из этого ничего не выйдет, — мой голос звучит замогильно.

Андрей поднимает взгляд. Смотрит прямо в глаза. Я не понимаю, о чем он думает, что чувствует. Это напускное равнодушие захлестывает нас обоих.

— Согласен, — он кивает, и машина почти сразу срывается с места.

Я вжимаюсь спиной в сиденье. Молчу. Мы оба молчим. Вся эта ситуация так комична и так абсурдна…

Почему нужно вечно ходить по краю?

Звуки мотора застревают в голове. Мы уже давно выехали за город. Пейзажи жилых домов сменила тянущаяся вдоль дороги лесополоса. Под колесами шуршит осыпавшаяся желтая листва, а музыка, разрывающая динамики, просто оглушает.

Теперь мне не страшно. Я успела понять, что Андрей импульсивен. Он перебарывает свои эмоции, которые откликнулись на мои слова таким вот диким способом. Но это всяко лучше того, если б он меня придушил.

Улыбаюсь собственным мыслям, и меня резко тянет вперед. Ремень безопасности впивается в плечо. Машину немного заносит, и мы съезжаем с дороги в поле.

— Выходи.

Его голос резонирует со звуком моего сердца.

— Выходи! — теперь он говорит громче, практически рявкает и вылетает из салона. Огибает капот, а потом вытаскивает и меня.

Волосы раздувает на ветру. Они попадают в глаза, нос и рот.

Андрей ловит меня на этой растерянности и прижимает к холодному металлу машины. Тут же, у двери.

— Если ты решила поиграть, то не стоит.

Его угрожающий шепот вызывает волну мурашек. Я съеживаюсь. Ловлю его бешеный взгляд и кладу раскрытую ладонь ему на грудь.

Мы застреваем в суматохе эмоций.

— Почему ушла?

Андрей дергает меня на себя, впиваясь в талию пальцами. Вторая рука обхватывает мою щеку, зарывается в волосы.

Его лицо оказывается очень близко. Я чувствую его дыхание. Смотрю прямо в глаза и не могу разлепить рот.

— Еся!

Андрей снова дергает меня. Встряхивает, словно хочет выбить эти признания силой.

— Потому что так правильно, Андрей. Мы не можем. Это не приведет ни к чему хорошему…

Панкратов смеряет меня удушающим взглядом и медленно кивает. Делает шаг назад, гладит мою шею, после чего на его лице появляется ядовитая улыбка.

— Завтра, я уеду в Москву на две недели. Считай, теперь у тебя есть время подумать и принять правильное решение. Другого…я не приму. Ты только моя. Запомни это.

На этих словах, он отпускает меня. Убирает руки и возвращается в салон авто.

После того разговора у машины Андрей просто отвез меня домой и молча уехал. Время заторопилось. Побежало вперед с бешеной скоростью.

Мы не созванивались и никак не общались. Он действительно исчез. Точнее, улетел в Москву.

Наступило затишье. Тотальная тишина. А все мы знаем, что такой штиль бывает лишь перед самой сильной бурей. Не просто бурей, а смертельным цунами.

Я бодрилась, но глубоко внутри ждала его возвращения с затаенным дыханием. Я будто ожидала смерти. Все чувства обострились. Та ночь в его доме словно разделила мою жизнь на до и после. Мне захотелось изменить все то, что окружало меня эти десятилетия. Разорвать порочный круг своего существования. Восстать из пепла, как тот самый феникс.

И наверное, у меня начало получаться. Маленькими шажочками к большой цели. Ведь главное — наметить план и четко ему следовать. Конечно, Панкратов так и оставался темной лошадкой, таким непредсказуемым элементом, что голова шла кругом…

Но, несмотря на это, жизнь медленно входила в привычную колею. Мне позвонили из типографии и пригласили на работу. Я подошла им. А они мне. Неидеальный график и затягивающиеся до поздней ночи дела только обостряли мой синдром отличницы. Я хотела выкладываться по максимуму. Доказать самой себе, что я могу! Могу все что угодно.

Мама тоже подыскала себе новую работу. Не больница, конечно, но и место продавца в магазине недалеко от дома тоже неплохой вариант.

Леська же наконец-то выбросила все свои безумные идеи по поводу завоевания Костровского сердца. Кстати, после исчезновения Андрея Женька ко мне ни разу не подошел. Наоборот, перестал здороваться и вообще делал вид, что мы незнакомы. И, честно говоря, в сложившейся ситуации это было его лучшее решение.

Поначалу было немного жаль, все-таки почти полтора года плотного общения с его шуточками не прошли бесследно. Терять друзей всегда тяжело, особенно когда они были близки тебе по духу. Вот как сейчас, находясь за стенами железнодорожного вокзала, я чувствую тотальное удовлетворение от происходящего и общения со своими девчонками из группы.

— Все собрались? — осматриваю перрон. Девочки стягиваются в круг рядом со мной. Достают билеты. Проводница приветливо улыбается заходящему в вагон мужчине, а я нервно смотрю на часы.