— Ты замёрзла, — всполошился он. — Что я делаю, дурак! Простужу тебя!

— Мне всегда холодно, — шепнула она. — Ничего страшного.

— Я согрею, — пообещал Роберт, закутывая ее обратно в пальто. — Пошли.

Он не обманул. Бережно уложил в свою постель, развел огонь в камине, а потом, обнажённый, скользнул в ее ледяные объятья. Рози прижалась к его пылающему телу, будто ко грелке. Да, он умел согревать. Его губы обжигали, словно лучи полуденного солнца, словно искры от костра. Он перевернул её на живот и целовал длинную белую спину, изгиб позвоночника, острые лопатки, ямочки на пояснице. Она тихо постанывала, вздрагивала, а потом изгибалась, чтобы поймать его губы.

Роберт был огневик. Он прекрасно знал, что ему нельзя увлекаться в постели, что нужно быть осторожным — не ровен час занавески вспыхнут. Он привык всегда держать эмоции под контролем, быть холодным и отстраненным. Но сейчас он явно мог позволить себе расслабиться, только все равно нужно было следить за своим пламенем. Рози же отчаянно трусила и оттого как могла оттягивала момент слияния. Когда его длинные горячие пальцы скользнули между ее ног, она широко раскрыла глаза и замерла.

— Не бойся, я буду осторожен.

— Всё равно боюсь. Давай остановимся, Роберт! Не нужно тебе этого!

— Мне? Остановимся? — Роберт ухмыльнулся, приподнял ее бедра и резким сильным движением толкнулся в ее лоно. Замер, понимая, что долго не продержится, глубоко вздохнул и отпустил самоконтроль к бесам. Долго, быстро, много, мало — какая разница, если женщина под тобой сладко стонет и двигается с тобой в унисон? Звуки, срывающиеся с ее губ, сводили его с ума, заставляли двигаться быстрее и резче. Он подтянул ее к краю кровати, приподнимая, оперся коленом на постель, плотно сжал её бедра. Боги, до чего ж она хороша! Эти плечи, эта беззащитная шея, нежная, тонкая… Рози прогнулась в пояснице, вскидывая зад, взвыла в подушку, поджала пальчики ног, чувствуя, что в животе у нее расцветает огненный цветок, что ей тепло, даже жарко… и обмякла, совершенно наполненная энергией. Рядом на подушки упал Стерлинг, тяжело дыша. Перед глазами у него пульсировали цветные круги, тело было слабым, как у младенца. Мда, он явно переоценил свои возможности!

— Но оно того стоило, — усмехнулся он, закидывая бедро некромантки на свою ногу, укутываясь ей, будто одеялом, прежде чем не то потерять сознание, не то провалиться в сон.

– -

— Не пойму, смелый ты или глупый? — бормотал целитель, осматривая слабого как котёнка Роберта, выглядевшего, впрочем, совершенно довольным обстоятельствами. — Зачем так сразу, в первую ночь? Нужно было дать организмам привыкнуть друг к другу. Предварительные ласки ещё никто не отменял.

— Что? — вытаращила глаза Рози. На ней впервые за много лет было надето платье — просто потому, что перед слугами Роберта было неудобно. Уходить тайком тоже было неудобно, она ведь не воровка какая-то, да и вообще, сначала нужно узнать, что скажет врач.

Узкоглазого врача среднего возраста она не знала, но много о нем слышала, судя по слухам — это один из самых популярных целителей континента. Удивительно, что у Стерлинга такие связи. Потому что, по мнению Рози, целители такого уровня королям служат. Этот так точно — его величеству ди Гриньону, королю Франкии, служил.

Ах, ну конечно! Он же по некромантам специалист!

— Не волнуйтесь вы так, — успокаивающе кивнул Кимак бледной, ломающей руки женщине. — Всё в пределах нормы. Первый раз всегда так. Я бы даже сказал, у Роберта все очень хорошо. Резерв, конечно, пуст, но не схлопнулся. Не выгорел. Вон, искры получаются, аппетит отменный. Если вы планируете… ммм… продолжать отношения, ваша магия друг под друга подстроится. Роберт научится отдавать ровно столько, сколько для него безопасно, а вы, дорогуша, не будете жадничать. Сколько вы без полноценной подпитки?

— Года два, может больше, — глухо ответила Розанна.

— А я о чем говорю? При этом вы работаете, да?

— Да.

Целитель поджал губы, усадил Рози на стул — все же он был ниже ее ростом — и принялся рассматривать через какое-то стеклышко.

Именно в этот момент дверь спальни распахнулась с такой силой, что с размаху хлопнула о стену. В комнату вошла, нет, всплыла величественная старуха лет восьмидесяти на вид. Оглядела всех собравшихся ледяными глазами, ткнула палкой в замершую Рози.

— Шлюха! Убийца! Вон отсюда!

До того момента мирно лежащий в постели Стерлинг взвился, как птица — лекарь даже брови вскинул в удивлении.

— Кто вам позволил командовать в моем доме? — зашипел Роберт. — И что вы здесь забыли? Кажется, леди Анна, вы клялись, что внука у вас больше нет.

— Как ты разговариваешь с бабушкой, щенок?

— Если я щенок, то вы — старая сука, — с ненавистью выдохнул Роберт. — Подите вон!

— Какую-то тёмную тварь ты предпочитаешь своему роду?

— Во-первых, Розанна не тёмная тварь, а моя женщина. А во-вторых, если я никогда не говорил, что прекрасно знаю давнюю историю с лордом Оберлингом, то это не значит, что я не в курсе, за что вы были судимы. Поэтому не нужно мне рассказывать ни о престиже рода, ни о гордости, ни о правилах приличия. Ни вы, ни мой, к счастью, покойный дед — гореть ему в аду — для меня авторитетом не являетесь. До сегодняшнего дня вам было позволено появляться в этом доме только ради уважения к старости. Теперь я прикажу слугам гнать вас к бесам.