Света прошла в зимовку и выудила из рюкзака сотовый. Хотелось лишь на минуту очутиться в кругу любящей семьи. Услышать мамин, слегка с хрипотцой, ласковый голос или громкую отповедь бабы Раи Линкин дурацкий смех, радостные вопли Эжена или ломающийся басок Мишеньки, попеременно говорящих то на русском, то на французском языке. «Билингвы мои дорогие, — любовно подумала Света о брате и сыне. — И хоть нашу семью не назовешь образцовой, — хмыкнула она про себя, снова воззрившись на перекошенное лицо Гаранина, — но у нас нет ненависти друг к другу. Может, я и недолюбливаю Армана, но уважаю за силу духа и преданность моей матери. А тот же крестный! У него всегда найдется доброе слово или легкий стеб, он все, как всегда, перевернет в шутку или бросит с укоризной: «Ну что же ты, спиногрыз?»

Света вгляделась в темный экран телефона, потыкала кнопки сбоку. Безрезультатно. Попробовала перезагрузить смартфон, но тот не подал никаких признаков жизни.

«Да что же это такое!» — расстроилась она, прекрасно понимая, что только злосчастный мобильник связывает ее с семьей и вообще с внешним миром. Решительно сняла крышку, надеясь просто посмотреть на симку, иногда этот трюк помогал. И тут же зажмурилась от изумления. Симки в телефоне не оказалось, да и к самой батарее приклеился странный обрывок тонкого целлофана.

— Твою мать, Гаранин, — ругнулась она, собираясь выскочить во двор и заехать дубиной по дурной башке. Теперь уже Арсения Гаранина.

Но повторить этот номер на бис Света не решилась. Поэтому отправилась на кухню в надежде, что, когда вернется Джин, она уже успокоится. Так и получилось. Хмурый Арсений, притащив в дом воду и дрова, наскоро бросил:

— Я к людям другой расы! Дверь никому не открывать.

И, не обратив внимания на едкую реплику Светы «Как скажешь, милый!», поспешно удалился.

Она поиграла с Олеськой в слова, приготовила обед и, задавшись вопросом, где же носит ее вероломного любовника, завалилась спать вместе с ребенком. А когда проснулась и вышла на кухню, то наткнулась взглядом на Гаранина, пребывавшего в бешенстве.

— Явился милый друг, — пробормотала она, решая, то ли сейчас поругаться из-за телефона, то ли все-таки узнать, в чем дело и кто же так рассердил Сенечку.

— Кто такой Пахомов? — рыкнул Арсений.

— Мой крестный, — удивилась Света: — Откуда ты о нем знаешь?

— А чем он занимается? — продолжил допрос Гаранин, даже не удосужившись ответить.

— Ресторанный бизнес в России и в Европе. У него жена — крутой ресторанный критик, сам бог велел.

— Все ответы засчитаны, — пробурчал недовольно Арсений.

— Это хорошо или плохо? — ехидно хмыкнула Светлана.

— Как посмотреть… — поморщился Сеня, — Пахомов звонил моему отцу. На тебя объявлена охота, моя хорошая. — Он заглянул Свете в глаза, в одну секунду превратившиеся в огромные блюдца, подскочил с места и в полшага оказался рядом с ней. Сгреб в медвежьи объятия. — Это все из-за меня…

Света никак не могла понять, кому она перешла дорожку и как Витька из Парижа или Бордо умудрился позвонить Гаранину-старшему. И в чем провинился сам Джин?

— Вот отец Севку и прислал, — словно маленькой, втолковывал он. — Хоть мы и в ссоре давно, но родной брат не предаст. Его парни тоже. А то Дунаевский осведомитель у папы в замах окопался. Благодаря твоему крестному выяснилось. Теперь отец ему должен. Вот и отрядил младшенького нас с тобой спасать.

— Просто ужас, — мяукнула Света и затихла в объятиях Джина.

— Не бойся, — жарко прошептал он ей в ухо. — Здесь ты в безопасности. Никто не посмеет даже словом обидеть. А если сюда какое-то мурло заявится, так все же на виду. И дом наш только кажется, чтс на отшибе. Вон в пешей доступности Севка, пацаны на горе. Не бойся, маленькая моя!

От его задушевных слов, больше похожих на признание в любви, от рук, прижимающих все крепче и крепче, Света забыла про телефон, оставшийся без симки. Она просто уткнулась лицом в грудь любимого и горько разрыдалась.

Арсений притянул ее к себе и, шепча слова утешения, нежно гладил по голове.

— Перестань реветь, слышишь? — попросил он. — Никто тебя пальцем не тронет. Но ты это… Беретту носи с собой. И я с мужиками договорился, у них там на горе тир в сарае обустроен. Будем ездить тренироваться. Люди другой расы вдалеке от всех живут, и с горки хорошо видно, кто к ним едет.

— Это охрана твоя? — пробормотала Света.

— Ну да, — признался Арсений. — Папа мне такую свинью подпожил. А видишь, сейчас пригодилась. Старый паникер!