— Я счел бы это за честь, ваше величество.

— Не боитесь, что не справитесь?

— Нет, ваше величество. Я не боюсь трудностей. В последнее время мне удалось в достаточной мере пощекотать свои нервы всякого рода опасными авантюрами, пожалуй пришло время заняться и созиданием.

— Отлично сказано, Борис Николаевич. А чтобы вам было где созидать, а еще не разбрасываться раньше времени своими идеями, которыми вы фонтанируете так, что за вами не угнаться, я отправлю вас в ссылку.

— Даже так.

— Испугались?

— Ничуть. Просто не понимаю, чем вас прогневал.

— Ну, а как еще назвать то, что я желаю подарить вам вотчину на Дальнем востоке. Слышали ли вы о Сучанском архипелаге?

— Нет, государь. Но если ссылка заключается только в этом, то я ее таковой не считаю. Я не то чтобы не надеялся получить землю в центральной России, но даже желал обосноваться где-нибудь подальше.

— Отчего так?

— Не хочется толкаться плечами. Здесь слишком тесно.

— А потолкаться придется. Там своих радостей хватает. Хунхузы, китайские мандарины, японские самураи. Места богатые и слабо освоенные. Бывает и такое, что на каком-нибудь острове годами существует прииск. А то и обкладывают налогами инородцев, собирая с них пушнину. И американцы захаживают, причем не всегда с целью торговли, случаются и грабительские рейды. Так что, скучать не придется.

— Ну, с пограничными конфликтами все понятно. Здесь свои, там чужие. А вот с боярами и князьями…

— Это да. Любят у нас склочничать, а паче того, наушничать и интриговать.

— И о каком из островов идет речь?

— О самом большом, Сучан, который и дал название всему архипелагу. Там обнаружены богатые угольные копи. Учитывая вашу склонность к промышленному производству, я думаю, вам этот кусок будет в самую пору. Днями вас вызовут в канцелярию и предоставят все сведения которыми мы располагаем. Знакомьтесь, готовьтесь. И по весне выдвигайтесь.

— Слушаюсь.

— Да. Москву покидать не торопитесь. На будущей неделе будет праздноваться мое тезоименитство. Вот там я вам и присвою титул. Вот теперь можете идти.

— Слушаюсь.

Ладонь под козырек, разворот кругом, и строевым шагом на выход. Ох и лихо у него как все получилось. Это не о строевых приемах, если что.

Ступень — 9

Возрождение — 1

Опыт — 680 545/1 024 000

Свободный опыт — 355 502

Избыточный опыт — 0

Свободные очки характеристик — 0

(Потомственный дворянин)

(Вассалов — 64/108)

Сила — 1.22

Ловкость — 1.21

Выносливость — 1.25

Интеллект — 1.71

Харизма — 1.65

Умения — 30

(Навыки — 3)

(Умения навыков — 7)

И это за семь лет. Даже с учетом активной деятельности, для этого ему потребовалось бы не меньше тридцати. И уж тем более, если учесть то, что он сумел развить многие свои умения до третьей ступени. Причем затратить на это пришлось вчетверо больше опыта, чем на общее развитие. Это не просто впечатляет, а просто фантастика какая-то.

Впрочем, не меньшая фантастика это то, что он сейчас выносил из мастерской государя. Ведь он был уже без пяти минут боярином, со всеми шансами дорасти до князя.

Вот интересно, а получилось бы у него что-то, если бы он не был одаренным. Хм. Ну, таких успехов ему конечно не добиться. Но и на дне не остался бы. Уж до пятой ступени-то точно добрался бы.

— Сучан? — профессор Проскурин, почесал кончик носа, явно пытаясь что-то вспомнить.

— Именно, — подтвердил Борис.

— А как же ваше желание как минимум одну жизнь посвятить приключениям и скитаниям?

— Ну, как выяснилось, даже наличие крепкой команды не гарантирует безопасность. Эдак умыкнут, посадят на цепь, и будет мне счастье. В своей вотчине все проще уберечься. А там, глядишь начнут малевать эти «Камуфляжи» направо и налево.

— Резонно. Хм. Сучан. Я помню этот остров. В мою бытность мы его исследовали во время Дальневосточной экспедиции. Довольно большой. По его названию дали имя архипелагу, что-то около двух десятков островов значительно меньше него. Если мне не изменяет память, то он порядка пятидесяти километров в длину и двадцати в ширину. Горный рельеф, покрыт хвойным лесом, богатым зверем. Местные пробавляются охотой и рыболовством. Основной доход имеют от пушнины. Там были обнаружены угольные копи превосходного качества. Причем есть как антрацитовые, так и коксующиеся. Но позвольте, неужели он так и остался невостребованным? — искренне удивился Проскурин.