Днём Алиса легла спать, а Руслан сел с Милой на крылечке и взял её за руку. Он смотрел в одну точку, ощущая частое биение её пульса. Увидев маму, приближающуюся ко двору, он резко одёрнул руку, словно их застукали за чем-то непристойным, а Мила сразу же на ноги встала и шумно выдохнула.

— Руслан! Опять ты тут! Тебе жена звонила, дозвониться не смогла. Ты почему телефон дома оставил?

А он и не знал, где, вообще, этот треклятый телефон. Плевать на него было после правды, ударившей обухом по голове.

— Что стряслось? — устало поинтересовался Руслан, всем видом показывая, что сейчас он не настроен выслушивать длительные монологи матери о том, что такое плохо, а что хорошо.

— Её в больницу увезли! Угроза выкидыша! Ларочка хотела тебе подарок сделать, как приедешь рассказать, что беременна, да из-за нервов в больницу угодила. Я не знаю, что там будет. Она сама не знает.

Мама всхлипывала, а Мила стояла, скрестив руки на груди, бледная, точно моль. Руслану хотелось бы разорваться на части, чтобы угодить всем. Душа желала остаться с Милой, но, как человек ответственный, он не мог так поступить. Ведь Лара беременна (поверить только). От него. Точно знал, что она не из тех женщин, что будет изменять. И именно из-за него угроза выкидыша эта проклятая у неё. Поджав губы, посмотрел на Милу, а мама снова причитать начала.

— Ты бы поехал домой, Руслан! Обменяй билеты и мчись к ней! Я, может, с тобой поеду, а дом… Пусть стоит. Милочка присмотрит. Правда же?

Мила кивнула, словно была роботом. Ей тоже всё это не нравилось или… Она, скорее всего, виноватой себя чувствовала в том, что Руслан здесь, с ней был, а жена его из-за этого пострадала.

— Я сейчас. Иди домой, мама, — произнёс взволнованным голосом, а когда она ушла, подошёл к Миле и взял за руки. Посмотрел в глаза, наполненные слезами, и самому рыдать захотелось.

— Я не могу так. Не хочу тебя оставлять. Ты скажи Алиске, что я вернусь скоро. Улажу там всё и за вами приеду!

— Руслан, не надо-о-о! — пыталась остановить Мила.

— Не надо заботиться о вас? Я не могу по-другому. Неужели ты не понимаешь?

Конечно, она понимала. Прекрасно понимала. Опустила голову и кивнула. А внутри вдруг какое-то неприятное чувство поселилось, показалось, будто бы видит свою Милу в последний раз, но он постарался убедить себя в обратном. Не может быть такого, раз уж они встретились через столько лет, то и расстаться больше не должны… Пусть не могут быть вместе физически, никто не запрещал им заботиться друг о друге.

И не запретит.

Если ребёнка удастся сохранить, то Руслан поговорит с Ларой и постарается объяснить, что у него сестра есть, которая нуждается в заботе, а если всё же случится выкидыш, то просто разведётся. И за эти мысли он ненавидел себя сильнее, чем когда-то презирал Дениса.

Мила снова подняла голову. Она смотрела прямо в глаза, видно было, что она хочет заплакать, а потом она бросилась в объятия, обвила руки вокруг шеи Руслана и всхлипнула.

— Я буду ждать тебя, — прошептала на ухо, обжигая своим дыханием, и поцеловала в щёку, окончательно выбивая почву из-под ног, ударив прямо под дых, так, что втянуть воздух в себя даже не получалось.

«Я тебя люблю», — так хотелось сказать.

И на мгновение показалось, словно что-то переключилось в голове. Словно выключатель какой-то сработал. Руслан решил, что лучше окончательно пригвоздить себя, но сделать анализ ДНК, чтобы убедиться в родстве с Милой. Однако пока не хотел ничего ей говорить. Вообще, не хотел, чтобы надежду не давать. Ведь тест можно было сделать и тайно.

— Я вернусь. Я обещаю. Заберу вас отсюда.

Мила кивнула и отошла на шаг назад. Руслан сжал губы и поспешил к дому, зная, что если задержится ещё хоть на секунду, то уже не сможет оставить её. ИХ. Представил разочарование во взгляде маленькой Алисы, и горечь сильнее сердце сжала в тисках.

Всю дорогу до Казани Руслан молчал. Мама неодобрительно поглядывала на него, а потом уснула. Только ободранный кот, Василий, недовольно фыркал что-то в своей сумке-переноске, и потихонечку играла какая-то мелодия из магнитолы.

К концу пути удалось даже задремать ненадолго. Таксист ехал быстро, но осторожно, поэтому за одиннадцать часов они добрались до места назначения. Войдя в квартиру, Руслан нахмурился. На кухне горел свет и пахло жареными котлетами.

— Ой, а вы уже приехали! — вышла счастливая Лариса из комнаты. Её волосы цвета раскалённой меди были собраны в небрежный хвост, косметики на лице не было совершенно, а под глазами и намёка на синяки от недосыпа не наблюдалось.

— Как ребёнок? — спросил Руслан, чувствуя, что в горле першит.

Его обманули. И это было неприятно. Очень неприятно. Лариса принялась невинно хлопать глазками, словно она понятия не имеет о чём речь.

— Ой что-то тошно мне, — начала причитать мама. — Где можно прилечь? Ларочка, проводи меня в комнату и дай стакан воды. А ты что стоишь, словно истукан? Ваську вытащи и накорми.

Мама сунула переноску Руслану и ушла в комнату. В висках пульсировать начало от настойчивого желания просто послать всё к чёрту, остановить таксиста и уехать обратно. В Зеленодольск. К семье, которую действительно любил всем сердцем. Он теперь смотрел на Лару, такую хрупкую, и понимал, что никогда не сможет дать ей то счастье и защиту, которых она действительно заслуживает. Он не сможет полюбить её, как любит Милу.