Мэгс не сводит глаз с моего лица, её волосы развеваются на ветру. Я не смотрю на Нелл, потому что прекрасно представляю её: она слегка раскрыла губы, цепляясь за каждое моё слово, которое стоило сказать давным-давно — так я бы успела вовремя.

— Я бы ни за что с ним не заговорила. Серьёзно, кто зовёт свой предмет обожания на свидание?

— Рианона, — спокойно произносит Мэгс.

— Да. Если она чего-то хотела, то шла за этим. Изначально она мне даже не сказала. Она попросила друга своего друга сказать парням, что они нравятся девчонкам из десятого класса. И когда они согласились потусоваться с нами на Хэллоуин... Она всё устроила.

— Тебе было страшно? — мягко спрашивает Нелл.

— Сначала я разозлилась на Рианону, но она всё же уговорила меня. Сказала, как сексуально я должно быть выгляжу, раз выпускник захотел переспать со мной — девчонкой, чьё имя он даже не знал. Мама Рианоны отвезла нас к школьному спортзалу на танцы. Как только она уехала, мы пошли на футбольное поле и встретились с парнями. — Мы с Рианоной взбежали вверх по склону, нервно хихикая, и от нашего тёплого дыхания в холодном воздухе появлялись облачка. В карманах презервативы, мы же не были глупыми, читали «Космо». — Мы договорились, что лишимся девственности той ночью, потому что «парней лучше для первого раза не найти».

Парни припарковались с разных сторон парковки, не заглушая двигатели. Рианона бесстрашно улыбнулась мне и сказала: «Повеселись». И скрылась в мустанге.

Я села в «Форд Эксплорер», салон которого был пропитан запахом одеколона, обогревателя и свежего освежителя с запахом соснового леса. Практически отсутствующее между нами расстояние разожгло во мне искрящийся огонь. Должно быть, я красива. Должно быть, я что-то из себя представляю. Он же приехал.

— Я боялась, но он не заставлял меня спать с ним. Я сама захотела. — Он прижал меня своим весом, я закусила его губу и полностью забылась, не позволяя запутанным мыслям взять надо мной верх. — Я не говорю, что было ужасно. Но когда всё закончилось, он потрясённо спросил: «Это был твой первый раз?» Ведь если девчонка так бегает за парнем, то и опыт у неё должен быть, не так ли? Даже если ей всего пятнадцать. — Мэгс делает медленный вдох. Невыносимо, что она жалеет меня. Но не ради этого я им рассказываю. — Он пытался сделать мне приятно. Постелил сзади плед, а по запаху было понятно, что он только что из стирки. Всё было хорошо.

— Ты только это и говоришь.

— Я же тебя знаю. Ты возненавидишь его, а в этом нет никакого смысла. Да и чувств к нему у меня уже нет. После нам было неловко и нечего сказать друг другу. В итоге я попрощалась и вышла из машины. — В морозную темноту, ускоряя шаг и выбрасывая из головы образ девчонки, которая двадцать минут назад села на заднее сиденье машины, потому что больше не хотела знать её. — Второй машины уже не было, а под фонарём, дрожа, стояла Рианона — не знаю, как долго она там была. Всё чего она хотела — это вернуться на танцы, что мы и сделали. — В женском туалете Рианона мыла руки горячей водой, пытаясь вернуться в нормальное состояние. Хмуро посмотрев в зеркало, она спросила: «Ты в порядке?»

— С ней всё было нормально? — раздаётся тихий голос Нелл.

Я кусаю губу, считаю до десяти перед ответом и с трудом продолжаю:

— Она не переспала. Передумала.

— Что? — изумляется Мэгс.

— Она села в машину и передумала. Должно быть, парень взбесился и вышвырнул её из машины.

Я отчётливо помню, как передо мной расплылось пространство, оставив нас с Рианоной в отвратительной тишине, а где-то вдалеке били басы музыки, приходили и уходили школьницы. Рианона двигалась резко, раздражённо. Казалось, что она испытывает отвращение ко мне.

— Я сказала: «Ведь это ты всё устроила». А она ответила: «Я ничего не заставляла тебя делать». В тот момент я развернулась и ушла. Она была права. Она меня не заставляла. Но она оставила меня одну и не сдержала своё слово. Не то чтобы я хотела, чтобы она переспала с кем-то, просто... Так противно чувствовать себя обманутой. Так что я попросила у кого-то телефон, позвонила маме и попросила её приехать за мной, потому что мне якобы стало плохо.

Мэгс смотрит мне в лицо.

— Ты никому не рассказала о том, что произошло?

— А что я могла сказать? — Я стряхиваю кусочки грязи со штанов. — Я думала, что Рианона позвонит и извинится, но нет... В понедельник в школе мы даже не разговаривали. И в течение всей недели тоже. Потом все начали распускать слухи о том, что произошло на Хэллоуин, но никто не упоминал Рианону. И тогда я поняла, что за всем этим стоит именно она.

— Вот сука. — Мэгс напряжённо выпрямляет спину. Рианоне повезло, что её ищут, иначе сейчас бы моя разъярённая сестра обрушилась бы на неё как лавина. — Она решила выставить тебя крайней только потому, что стыдилась своей трусости.

— И однажды я слышала, как она говорила обо мне. Говорила, насколько я доступна. — Я пожимаю плечами. — Вот, теперь вы всё знаете.

— А я всегда удивлялась, почему вы перестали дружить. — Нелл подпрыгивает от того, что Мэгс ударяет пяткой по черепице. — Ш-ш-ш!

— Чёрт, мне она никогда не нравилась, — Мэгс сдерживается и продолжает грубым голосом. — Прости, Дарси. Правда. Как же это отстойно.

— Всё в прошлом. — Я натягиваю ворот куртки под подбородок и практически захлёбываюсь словами, потому что хочу обо всём рассказать, пока Нелл меня слушает. — Дело в том, что парень твоей мечты — обыкновенный парень, который может растоптать твоё сердце. Но нужно продолжать жить дальше, потому что он точно о тебе не побеспокоится. Нужно уметь защищать себя, иначе рядом с тобой может появиться кто-то похуже, как акула появляется на запах крови, и воспользоваться тобой, и тогда это никогда не закончится. — Замолчав, я понимаю, что Шэй совершил Четвёртого июля и сегодня. Рука тянется к синякам, но я останавливаюсь и отвожу её назад. — Нужно не глупить. Понимаете? Не глупить.