Том Прентис был чокнутым: мама говорит, что не было такого дела, за которое он не взялся бы. А Либби всегда добавляет, что именно поэтому он не дожил до сорока лет. Если хочется разговорить маму, стоит спросить у неё что-нибудь про отца. Например, о ночных поездках на его старом мотоцикле марки «Индиан», будучи в стельку пьяным, или о драке на парковке во время конкурса красоты, когда он с разбитым ртом крутил за воротник рубашки какого-то парня, а другого держал под мышкой, не переставая смеяться.

Мэгс едет по Второй улице. Она не проронила ни слова, да ей и нет нужды говорить. Я начинаю ухмыляться, а Нелл нагибается к нам, осознаёт, куда мы направляемся, и вопит в мое ухо:

— Кто последний зайдёт в воду, тот платит у Годро!

Она стягивает с себя рубашку, не замечая парня на велосипеде, который, увидев её, практически врезается в голубую гортензию. 

Дорога к карьеру тянется сквозь лес пыльной лентой, доходя до самой цепи с табличкой «Частная собственность», преграждающей путь. Будучи здесь в полном одиночестве, мы выбегаем из машины, снимая с себя одежду.

Мэгс и Нелл раздеваются только до нижнего белья, я же снимаю всё. Не обращая внимания на их посвистывания, спускаюсь по гранитным уступам к тёмной маслянистой воде и бомбочкой прыгаю в неё. Вода холодная, а детишки любят говорить, что этот карьер бездонный. Я открываю глаза, всплываю на поверхность, хватаю ртом воздух и откидываю волосы назад.

Девчонки прыгают в карьер вслед за мной, и некоторое время мы только и делаем, что плаваем и плескаемся в воде, пока пот и мелкий песок смываются с наших тел. Кажется, что мы плаваем в большой чаше, слушая, как пение птиц и наши выкрикивания «Эй-эй» отзываются эхом от скал. Несмотря на табличку, многие устраивают здесь вечеринки, разжигают костры и прыгают на слабо в воду с самого высокого уступа.

Нелл первой вылезает на берег, отжимает волосы и карабкается по уступу, пока мы с Мэгс держимся на одном месте в воде.

— Ты оставишь эти перчатки?

Нелл смотрит под ноги на ходу, вытянув руки по сторонам для равновесия. Её нижнее бельё нежного цвета: белый хлопковый лифчик с маленькой розочкой, которую можно заметить на майке маленькой девочки. Любой, кто расстегнёт на нём переднюю застёжку, должен будет прикоснуться к плотному атласному кружеву и задуматься на секунду о том, что происходит, а потом уже осуществить свои намерения. Я сглатываю горечь и обещаю себе больше не думать об этом. Я уже обещала, что никогда не буду.

— Да, — отвечаю я.

Она поджимает губы и качает головой, протягивая «м-м-м-м».

— Да в чём дело? Джесси ничего плохого тебе не сделал.

— Он неприятный.

— Это не так. Что такого неприятного он сделал?

— Я не говорю, что он ковыряется в носу. Просто он недостоин тебя.

Мэгс опускает взгляд. Кажется, она понимает, что стоит ей посмотреть на меня и она вспомнит про наш секрет. Но нет смысла копаться в наших с Джесси отношениях.

— Половина девчонок из школы скажет тебе, носит он боксеры или трусы-плавки, — добавляет Мэгс.

Я обдумываю её слова.

— Семейники.

— Не обращай внимания, Нелли. — Мэгс выходит из воды. — Она не успокоится, пока он полностью её не попробует, не пропустив ни одной части тела. И только потом будет удивляться, почему же мы её не отговорили.

Я никогда этого не говорила вслух, но у Мэгс и Либби одинаковое телосложение: ростом почти под метр восемьдесят, упругая грудь и попа под спортивным лифчиком и мужскими шортами. Я же, как мама — маленькая и с формами, но всё-таки сильная.

Нелл с осторожностью ступает, размахивая одной рукой. Она останавливается на ровном месте и говорит нам громко и чётко:

— Я очень хочу вас поблагодарить.

Мэгс усмехается и направляется к машине за полотенцем или чем-нибудь, что его заменит. Я подплываю к уступу, складывая свои руки так, как будто говорю в микрофон.

— Мисс Мишо, каково вам на сцене перед зрителями?

— Они мне как друзья. Не могу передать словами, как дороги мне ваши голоса. Обещаю сделать всё возможное, чтобы город гордился мной.

— И как вы собираетесь потратить стипендию?

— На учёбу в школе косметологии Паулины в Бангоре. Это мечта всей моей жизни, — Нелл замолкает. — И если я когда-нибудь решусь открыть магазин, то, уверяю вас, он будет в Сасаноа. — Она так низко кланяется, что подметает волосами гранит. Я хлопаю. Не переводя дыхание, она слегка подпрыгивает, и припадает к земле рядом со мной.

— Завтра к двум часам нам надо быть в мэрии.

— Зачем?

— Дарси! Ты перезвонила той женщине с конкурса? Мы должны зарегистрироваться и забрать папку с регламентом.