— Левый путь свободен.

— Так было и для меня, тоже, — сказала я. — Значит, мы пойдем туда.

Я сменила подзорную трубу на стержень и пошла по тропинке вслед за Ройстоном.

Тропа, поднимавшаяся вверх по спирали, была труднопроходима из-за льда, скользившего по камням. Я дважды упала, приземлившись на колени. Наконец, мы вышли на ровную часть тропы. Путь нам преградил большой валун, накрытый металлической сеткой.

Осмотр местности не дал нам никаких зацепок. Я уставилась на валун, дрожа от холода. Солнце вышло из-за облака и сверкнуло на металле, окружавшем валун.

— Обыщи, — сказала я, прочесывая каждый кусочек, пока мои глаза не наткнулись на крошечный меч, вырезанный в металле. — Вот он, — сказала я, распахивая куртку, чтобы достать меч.

На этот раз боль была не такой сильной, когда меч вырвался из меня, то ли потому, что я привыкла, то ли потому, что я была ходячим мороженым и ничего не чувствовала. Мне пришлось сосредоточиться, чтобы дать замерзшим пальцам сомкнуться на рукояти меча.

Гравировка не соответствовала размеру меча, как крест на стене. Мой взгляд пробежал по окружности валуна. Должен быть какой-то знак или даже отверстие для Чиаве…

Ничего.

Там ничего не было.

Облака плыли над головой, солнце грело мне затылок, его свет мерцал на фоне камня.

Конечно.

Чиаве мог резать металл.

Я замахнулась мечом на замок, закрепляющий сетку вокруг валуна. Рукоять яростно затряслась в моих руках, когда коснулась ее.

— Джиа! Валун раздавит тебя, — крикнул Ройстон из ниши в склоне горы.

Сеть упала, и валун закачался взад-вперед.

Я помчалась к Ройстону. Моя нога зацепилась за камень, и я упала на четвереньки, выпустив меч из руки. Ройстон схватил меня за руку и оттащил в сторону. Он прижал меня к себе в нише, когда мимо пролетел валун.

— Спасибо, — сказала я.

Он не пошевелился.

— Ты в порядке? — спросила я, когда он не отпустил меня.

— Ты напугала меня до смерти. — Он отпустил мою руку. — Пожалуйста, будь осторожнее.

Было очень мило, что Ройстон беспокоится обо мне.

— Хорошо.

Я подняла меч и изменила его в первоначальную форму стержня.

— Пошли, — сказала я. — Давай продолжим.

Чем выше мы поднимались, тем круче становилась тропа. Я едва могла карабкаться вверх из-за ледяного ветра, хлеставшего вокруг тела. Мои пальцы замерли на камнях, когда я схватилась за них, чтобы подтянуться. Я оглянулась назад и тут же пожалела об этом… путь вниз был неблизкий. Одно движение ногой… и я скачусь на самое дно.

Наконец, мы добрались до площадки. Ройстон вскарабкался первым и протянул мне руку, а когда я поймала ее, он потащил меня наверх. Перед нами было ущелье, а моста через него не было.

— И что теперь? — мои руки ослабли, а ноги дрожали. Мы так далеко зашли, а моста все не было. Через ущелье дороги не было. Это было похоже на то, как моя душа взорвалась внутри тела от разочарования.

Ройстон ткнул пальцем куда-то в противоположную сторону ущелья.

— Смотри туда. Это подъемный мост.

На камне у края ущелья был отпечаток руки. У нас не было Чиаве в форме руки. Я прокрутила в уме список оставшихся Чиаве — корона, значок, песочные часы и свиток.

Ни один из них не соответствовал отпечатку на камне.

Что это? Я прикусила губу. Там, где порез все еще заживал, виднелась крошечная шишка. Во рту у меня пересохло. Каждый мускул в моем теле болел от подъема.

— Можно мне взять флягу? — спросила я, протягивая руку Ройстону. Он снял ремень с плеча и передал его мне, а я отвинтила крышку. Ройстон пинал камни вокруг, ища подсказки.

Мой взгляд пробежался по подъемному мосту, когда я сделала большой глоток холодной, сладкой воды. Я вернула флягу Ройстону, и наши руки соприкоснулись. Его рука.

Я снова посмотрел на отпечаток руки на валуне.

Конечно. Свиток.

На нем было написано имя Ройстона. Я снова расстегнула куртку и приложила пальцы к свитку. Чиаве легко отделился от моей кожи.

— Это ты, — сказал я. — Твоя рука входит в отпечаток.

Он оглядел ущелье.

— Как мы туда попадем?

— С этой стороны должен быть еще один.

Мы проверили валуны по обе стороны от нас и нашли его.

Я протянула ему свиток.

— Я думаю, ты просто кладешь свою руку на отпечаток.

Ройстон наклонился и прижал ладонь к гравюре. Подъемный мост опустился, сильно ударившись о край. Он протянул мне свиток, и, прежде чем уйти, я превратила его в жезл.

Мост дрожал и раскачивался, когда мы переходили на другую сторону. На этой части тропинки было меньше склонов, и идти по ровной земле было приятно. Я вполне могла бы спать на одном из больших валунов, и мне было бы все равно, даже если бы я замерзла. Но я должна была идти дальше.