Он приподнялся на локте, чтобы посмотреть на меня.

— О чем ты думаешь?

О чем я думаю? Так много всего. Как же я боялась будущего. Как же я волновалась за Ника. И как я боялась за Каррига и Шинед.

На мгновение в его объятиях, захваченная его поцелуями, я забыла обо всем этом.

— Ты наморщила лоб. — Он переплел свою руку с моей.

— Я просто устала. — Я перевернулась на бок, спиной к нему, и уткнулась носом в ладони под щекой. Он подвинулся ко мне сзади, обхватив рукой мое тело.

— Спи, — сказал он, прижавшись губами к моему затылку. — Я здесь, с тобой.

Лунный свет просачивался сквозь тонкую мембрану, закрывавшую единственное окно в похожей на стручок палатке. Я наблюдала за множеством неподвижных теней. Дыхание Бастьена щекотало мне шею, пока я, наконец, не заснула.

***

Когда я проснулась, Бастьен лежал на спине, закинув руку за голову. Он выглядел мирно спящим. Я прижалась губами к его щеке в мягком, почти невысказанном поцелуе. Его темные ресницы слегка дрогнули, но он не проснулся.

Я надела сапоги, завернулась в одеяло и на цыпочках вышла на улицу. Из дюжины или около того костровых ям в лагере в утреннее небо поднимались тонкие струйки дыма. Я прошла мимо своей палатки и направилась ко второй. Потребовалось несколько ударов по щитам палатки Леи, прежде чем она ответила.

— Доброе утро, утенок, — сказала она, окидывая меня взглядом и заплетая косу в свои длинные темные волосы. — Почему ты не оделась? Сегодня нам нужно начать пораньше. Яран и я уйдем после завтрака, и твоя группа тоже.

Я осмотрела свое укрытое одеялом тело.

— Наверное, мне нужна еще одна ванна.

— Хм… тебе бы не помешал душ. Они просто божественны. — Лея распахнула створку и кивком пригласила меня войти. — Что тебя беспокоит, что ты пришла в ночной рубашке?

— Мне нужна помощь кое в чем. — Я нырнула внутрь.

Она поджала губы и слегка наклонила голову, слушая, как я объясняю проблемы с моими новыми сферами. Ее пальцы продолжали вплетать волосы в косу, по-видимому, не задумываясь.

— Как ты думаешь? — закончила я. — Не могла бы ты дать мне несколько советов, как их контролировать?

Она цокнула языком и схватила с деревянного столика у кровати резинку для волос. Закрепив косу, опустилась на большие подушки в углу палатки.

— Ты что, забыла нашу тренировку с Шинед? Все точно так же, как ты узнала с розовым. Ты должна почувствовать это в своей сердцевине. Иди глубоко внутрь себя, чтобы вытащить ее.

Я села рядом с ней.

— Я знаю, как это сделать, и я вытаскивала шары из себя, но я не могу контролировать, какой из них появляется.

— О, — сказала она. — Как будто ты новичок. У нас есть первые годы, которые зажигают свои боевые шары с помощью заклинания, пока они не научатся заставлять их появляться по желанию. Это очень похоже на создание светового.

— Световой можно зажечь чарами, — пробормотала я себе под нос.

У светового есть свои чары! Почему я об этом не подумала? Мне также пришлось произнести заклинание, чтобы создать свой шар истины, прежде чем Лорелл, злая фейри, ударила меня древним заклинанием, которое разрушило его.

— Ты знаешь какие-нибудь заклинания боевого шара?

— Да, это формула. Это одна из первых вещей, которым нас учат в Академии. — Она встала. — Одевайся. Мы позавтракаем, а потом попробуем.

— Во-первых, я должна пойти к целителям и дать им рецепт Наны и свою кровь, прежде чем кто-нибудь еще умрет от этой болезни. — Моя нога запуталась в одеяле, и я немного споткнулась, пытаясь встать.

Лея усмехнулась.

— Постарайся не пораниться по дороге в свою палатку.

— Смешно. Увидимся примерно через час. — Я притворно нахмурилась, подтянула одеяло и, шаркая ногами, вышла на улицу.

Было здорово, что старая Лея вернулась. Но мне было интересно, как она держится. Разрушение чар, скрывавших ее эмоции, должно быть, заставило ее столкнуться с болью потери Каила. Я не знала, как спросить ее об этом, и это могло заставить ее снова пережить его потерю.

После завтрака Лея повела меня на поляну, спускающуюся с холма в дальнем конце лагеря. Моя рука болела, многочисленные следы от уколов были ярко-красными на коже. Целитель с трудом нашел хорошую вену, чтобы взять кровь. Это был лишь вопрос времени, когда лекарство будет роздано больным в деревне. Если спасение жизней было предательством в глазах Совета, мне было все равно, какой ценой, я делала это снова, снова и снова.