Рейф промолчал.

– Тебя что-то не устраивает?

– Я думаю, – откликнулся он.

– Вижу. И от этого мне не по себе.

– Оттого что я задумался? Почему?

– Потому, что в прошлый раз, подумав, ты предложил мне деловое партнерство.

– Это другое дело.

– Как бы не так!

– У нас все получится. Вот увидишь.

Ханна пропустила эти слова мимо ушей.

– Так о чем ты все-таки думаешь?

Рейф рассудил, что хранить молчание нелепо.

– О том, что случившееся касается не только тебя.

– Не только меня? Но ведь это мою собаку чуть не утопили!

– Я имел в виду, что кто-то пытался отомстить не одной тебе… – он сделал паузу, – а нам обоим.

– Нам? Ты хочешь сказать, кому-то не нравится, что мы… – Она осеклась и предприняла еще одну попытку: – Кому-то не по душе слухи о нас? Но кому какое дело, даже если мы…

– Спим вместе? – услужливо подсказал он.

– Всего один раз, – уточнила она. – И все. Это еще ничего не значит.

По какой-то причине ее замечание вызвало у Рейфа и острое раздражение, и уныние.

– Не стану спорить.

Ханна отхлебнула какао и отставила кружку.

– Знаешь, о чем я только что подумала? Может, это сделал кто-то из твоих бывших подружек? Ревнивая возлюбленная из давнего прошлого?

– Вряд ли.

Этот ответ не обескуражил Ханну.

– Если я права, значит, подозреваемых у нас столько, что немудрено сбиться со счета.

Уныние Рейфа мгновенно сменилось вспышкой жгучего гнева. Он выпрямился, положив ладони на стол.

– Да, у меня в городе незавидная репутация, но можешь мне поверить: горожане сделали из мухи слона.

– Рейф, но как же… – Ханна заморгала.

– Можешь мне поверить. Я точно знаю.

Она прокашлялась.

– Да, конечно, кому об этом знать, если не тебе, но все-таки…

– Ты будешь изумлена, но вопреки общепринятому мнению здесь, в Эклипс-Бей, у меня не осталось целой армии бывших любовниц.

– Насчет армии я ничего не говорила.

– Но подразумевала. Кстати, если я с кем-нибудь и встречался, а это бывало нечасто, то лишь с девушками, которые приезжали сюда на выходные или на лето. Мы знали, что делаем. Ни к одной из них я не испытывал никаких чувств, у меня не было ни малейшего желания разыскивать их.

Ханна стиснула зубы.

– А Кэтлин Садлер?

– Да, Кэтлин Садлер… Она была на год старше меня, имела опыт и могла постоять за себя.

– Я и не говорила, что ты воспользовался ее неопытностью. И никто бы не сказал.

– В те времена у меня было не много принципов, но тех, что были, я твердо придерживался. Я никогда не связывался с замужними, слишком юными или слишком наивными женщинами. И тебе, кстати, это известно лучше, чем кому-либо другому.

– Мне? – Ханна вцепилась в край стола. – С какой стати я должна знать о твоей личной жизни?

– Потому что восемь лет назад я и пальцем к тебе не притронулся.

Несколько секунд Ханна ошеломленно смотрела на него, потом с явным усилием взяла себя в руки.

– Да, не притронулся – потому что я была не в твоем вкусе. До встречи на берегу ты меня вообще не замечал.

Рейф холодно усмехнулся:

– Ты и вправду была не в моем вкусе, к тому же считалась недотрогой, но это не значит, что я не обращал на тебя внимания.

– Потому что я из семьи Хартов? – уточнила она. – Потому что ты мог бы гордиться такой победой?

– Твоя фамилия и семья тут ни при чем.

– Тогда в чем же дело?

– Провалиться мне на месте, если я понимаю! Мазохизм чистой воды, потому что я точно знал: ты на меня и не взглянешь.

– Неправда. – Ханна вскочила. – Я была влюблена в тебя. Как все девушки в Эклипс-Бей!

– Думаешь, это мне льстит? – Он вдруг понял, что тоже стоит на ногах, но не помнил, как вскочил. – По-твоему, приятно знать, что ты всего-навсего заметный плохой парень с мотоциклом, кожаной курткой и скверной репутацией? Тот, о котором тебя предупреждали родители? Тот самый, которого так забавно водить за нос, даже не думая о замужестве?

Кровь бросилась в лицо Ханне. Рейф мог бы поклясться, что ей стало стыдно. Вот и хорошо. Так ей и надо. Но она не отвела взгляд.

– Откуда тебе знать, за кого я хочу выйти замуж? – ровным тоном осведомилась она.

– Ты же сама объяснила той ночью, помнишь? В девятнадцать лет ты уже составила целый список качеств, которыми должен обладать твой будущий муж.

– Мне было не девятнадцать, а двадцать лет, и клянусь, если ты еще раз заикнешься об этом списке…

Он шагнул к ней, схватил за плечи и притянул к себе.