Все задумались. Потом Верджил отвернулся и направился к прилавку. Взяв ручку, он написал в столбик несколько фамилий на листе желтоватой бумаги.

Ханна придвинулась к Рейфу и понизила голос:

– Ты уже знаешь, кто сможет сказать нам, кто уезжал из института в ту ночь между полуночью и двумя часами ночи?

– Знаю. Эй-Зед.

– Да. – Ханна перевела взгляд на Верджила. – Ты знаешь ее лучше, чем я. Как думаешь, она согласится показать тебе свои записи?

– Я попытаюсь уговорить ее.

– Но даже если мы найдем подозреваемых, что нам делать дальше? Официально считается, что причиной смерти Кэтлин стал несчастный случай, а доказать обратное мы не можем.

– Когда у нас появится хотя бы один достойный подозреваемый, мы подумаем и об этом.

Некоторое время они стояли молча, ожидая, когда Верджил закончит список. Рейфом быстро овладевало беспокойство. Он принялся разглядывать мягкие кожаные наручники, взял одни и внимательно изучил застежку-липучку.

Ханна одарила его тем же взглядом, что и Уинстона, когда тот пытался обнюхать презерватив на стоянке.

– Не вздумай, – предостерегла она.

С привычным чувством удовлетворения Митчелл опустился в пухлое низкое кресло. Год назад, когда он начал регулярно навещать Бев, кресло было новым. Но в последнее время Митчелл так часто и подолгу просиживал в нем, что кожаная обивка промялась, приняла очертания его тела. Кресло было комфортабельным и уютным. Как и сама Бев, мелькнуло в голове у Митчелла.

Но Бев была не просто уютной и доброжелательной: что-то в ней стимулировало Митчелла и умственно, и физически. Ему нравилось спорить с Бев, играть с ней в карты, подолгу гулять по берегу реки. Рядом с Бев Митчеллу становилось хорошо, как ни с одной другой женщиной, даже в неистовые годы после ссоры с Хартом, когда он гнался за призраком страсти так, как другие мужчины гоняются за богатством, славой или просто приливами адреналина.

Бев вошла в гостиную с подносом в руках, и Митчелл повернулся к ней. Чувство удовлетворения приятно отзывалось где-то в глубине его души. Глаза Бев светились мудростью, добродушием и юмором. К себе она неизменно была строга, но в отличие от большинства знакомых Митчелла она никого не судила – наоборот, принимала людей такими, какие они есть.

Удивительная женщина, думал Митчелл, наблюдая, как она разливает кофе. Бев свято верила в пользу витаминов и спорта, и результаты этой веры были налицо: ее окружала здоровая, энергичная аура. Но это не спасло Бев от распространенных хронических заболеваний, появляющихся с возрастом. Полгода назад Митчелл заметил флакон с таблетками от давления в кухонном шкафчике над раковиной. Еще один пузырек со средством от артрита стоял у Бев в ванной – то же лекарство прописал Митчеллу его врач. Но, благодаря природному оптимизму и жажде жизни, Бев выглядела гораздо моложе своих лет.

Она всегда отличалась чувством меры и стиля. Недавно она подстригла серебристо-седые волосы, выбрав короткую элегантную стрижку «боб». Изысканный брючный черно-белый костюм подчеркивал достоинства подтянутой фигуры. В мочки ушей были вдеты маленькие серебряные сережки.

Улыбнувшись, Бев подала Митчеллу чашку кофе.

– Что нового в Эклипс-Бей? Ты ладишь с Рейфом?

– Как всегда. – Митчелл отпил кофе: в самый раз сахара и немножко молока. Бев прекрасно знала его привычки. – А может, даже лучше. И все-таки он упрямец, каких мало.

Бев села, скрестив ноги грациозным бессознательно-женственным движением, побудившим Митчелла одобрительно кивнуть. Несколько месяцев назад врач прописал ему одно средство, которое сотворило чудо. В последнее время Митчелл и Бев часто радовались этому.

– Яблоко от яблони, – улыбнулась Бев.

– Это старую пословицу повторяют все подряд.

– Потому что она верна.

Митчелл слегка рассердился:

– Ладно, я позабочусь о том, чтобы Рейф не повторял моих ошибок.

Бев коротко засмеялась:

– Достойная цель. Желаю успеха.

– Спасибо, он мне не помешает. – Митчелл нахмурился. – Рейф встречается с Ханной Харт.

Брови Бев поднялись в изумлении.

– Ты хочешь сказать, у них роман?

– Да, по вине Изабель. Если бы она не завещала этот чертов дом им обоим, ничего бы не было!

– Объясни, что случилось?

– Я же только что сказал – они спят вместе!

– Ты уверен?

– Да об этом знает весь город!

Бев склонила голову набок, обдумывая это известие.

– На твоем месте я бы не беспокоилась. Изабель была на редкость мудрой женщиной. Она знала, что делает.

Митчелл заворчал:

– Может, знала, а может, и нет. Ладно, что теперь об этом говорить! Рейф встречается с Ханной, а ее родные об этом и не подозревают. Но когда слухи дойдут до Салливана Харта, он взбесится.

– Рейф и Ханна уже не дети. Они взрослые люди. Им самим решать, с кем встречаться.

– Рейф свое решение уже принял, и не подумав посоветоваться со мной. Ханна – милая девушка, хотя и носит фамилию Харт. Но если Рейф рассчитывает бросить ее и остаться безнаказанным, он жестоко ошибается.