Даг Уорвик смерил его долгим взглядом, потом обратился к Крампу:

— Как только вы разотрете ее, Оливер, я отвезу ее в город. Там, на соседнем острове, есть небольшая больница.

Оливер кивнул, полностью сосредоточив свое внимание на пациентке.

— Возможно, у нее сотрясение мозга, других повреждений я не обнаружил. Не похоже, что она очень долго пробыла в воде. Короче говоря, я поеду вместе с вами.

— Спасибо, — коротко бросил Даг и посмотрел на Верити. — И вам спасибо, Верити. Если бы не вы…

— Вода в заливе ледяная, — мрачно заметила Мэгги Фрэмптон. Она появилась минутой раньше и напряженно застыла в дверях. — Человек может запросто погибнуть от переохлаждения. Гипотермия, так, кажется, это называется.

— Мы знаем, Мэгги, — оборвал ее Слэйд Спенсер. Все его действия в создавшейся ситуации свелись к тому, что он проглотил очередную пилюлю.

Полчаса спустя Джонас провожал Оливера с Дагом. Тепло укутав Элиссу, они перенесли ее на катер.

— Мы с Оливером вернемся завтра утром, — сказал Даг Джонасу, отдавая швартовы.

— Хорошо. До завтра.

Даг после минутного раздумья напоследок выпалил:

— Элисса с Ярвудом последнее время часто ссорились, а сегодня утром Ярвуд, похоже, места себе не находил от злости. И после прогулки с Элиссой возвратился домой один.

Джонас окинул его сочувственным взглядом. Наверное, он тоже подозревал бы всех и каждого и повсюду искал виноватых, если бы что-нибудь подобное случилось с Верити.

— Не придавайте этому особого значения, Даг, — мягко посоветовал он. — Скорее всего она просто оступилась и упала с обрыва.

Даг недоверчиво скривил губы:

— Я знаю. Я говорю так потому, что сейчас несколько не в себе. Элисса вечно доставляет мне массу хлопот, но она все-таки моя сестра.

Джонас подумал про себя, что Даг попал в точку: у Элиссы и в самом деле шило в заднице. И тем не менее он был у нее в долгу: если бы не ее приставания в камере пыток, он был бы лишен самых незабываемых эротических ощущений, которые ему приходилось когда-либо переживать.

И дело было вовсе не в наручниках или бархатной плети, которой так бесподобно воспользовалась Верити. Он знал, что до конца своих дней будет вспоминать вовсе не эти трюки, а ее жадную страсть и бешеную ревность, которой она дала понять ему, что он принадлежит ей и только ей.

Да, подумал Джонас, он в неоплатном долгу у мисс Непоседливое Солнышко. И долго еще стоял на качающейся плавучей пристани, провожая катер глазами.

Но стоило ему повернуть в сторону мрачной каменной виллы, мысли его вновь вернулись к Престону Ярвуду. По словам Кейтлин Эванджер, сотрудники лаборатории определили, что временами он становится опасен.

Джонас вспомнил о собственной бешеной и всепоглощающей ревности, которую ему недавно пришлось испытать. Это чувство сильнее его. Более того, из своего опыта ощущений в мистическом временном коридоре, когда его ярость чуть не обратилась на ни в чем не повинного человека, Джонас понял, что мужчина, ослепленный ревностью, способен на ужасные поступки. Ему довелось как-то держать в руках шпагу, которой обманутый муж когда-то отомстил обидчику, защищая свою честь. Джонас вполне допускал, что гнев, злоба, ярость — все, что он смог почувствовать через это прикосновение, — вполне способны толкнуть человека на убийство.

Возможно, сегодня утром Ярвуд испытал то же самое.

Джонас отбросил тяжелые мысли и вошел в холл. Верити спускалась по лестнице ему навстречу. Она уже успела просушить волосы и переодеться.

— Они уехали? — тревожно спросила она.

— Да, все благополучно. — Джонас поднял глаза и неожиданно принял решение. — Одевайся, Верити, — мягко приказал он. — Пойдем прогуляемся.

Она нахмурилась:

— Что, прямо сейчас? Он кивнул:

— Да, прямо сейчас. Дождь кончился. Верити не знала, что и думать. Ей хотелось расспросить его о целях прогулки, но, поразмыслив, она решила не делать этого. Верити поспешила наверх и вскоре вернулась с сухой паркой в руках.

— Куда пойдем? — спросила она, пока Джонас помогал ей надеть куртку.

— К тому обрыву, с которого упала Элисса. Верити вопросительно взглянула на него, но ничего не сказала. Они вышли из дома и направились к обрыву.

— Ты что-то подозреваешь, Джонас? — наконец спросила она.

— Я просто хочу осмотреть это место.

— Ты хочешь проверить, нет ли там зловещих вибраций? Тебе пришло это в голову потому, что Ярвуд с Элиссой ссорились сегодня утром?

Он вскинул брови:

— Даг тоже об этом подумал. Но я еще ни в чем не уверен. И потому хочу посмотреть, нельзя ли там что-нибудь обнаружить.

Она согласно кивнула, но заметила:

— Джонас, я все же не думаю, что Ярвуд способен на такое. Он не производит такого впечатления.

— Да любой человек способен на что угодно, если его довести.

Верити бросила на него косой взгляд и отвернулась. Можно было не спрашивать, о чем она думает. Ясно, что она размышляет, способен ли на такое он сам.

— Повторяю, любой человек, Верити, — с ударением произнес Джонас. — Даже такой милый и душевный, как Оливер Крамп.