— А почему бы и нет? — поддразнил ее Джонас и усмехнулся. — Я знаю, что тебя гнетет. Готов поклясться, ты считаешь такое поведение недопустимым для беременной леди. Ты ведь у меня такая лицемерка.

Верити благоразумно решила пропустить его реплику мимо ушей. Что можно сказать по этому поводу любимому, когда в его голосе слышится такая искренняя радость?

Каменный коридор извивался в соответствии с планом помещений виллы. Они столько раз сворачивали, что Верити уже потеряла все ориентиры. Она закуталась в парку, с благодарностью вспоминая Джонаса — ведь именно он заставил ее взять куртку.

— О черт! — воскликнул Джонас несколько минут спустя. В голосе его слышалось разочарование.

Верити чуть не налетела на него в темноте, столкнувшись нос к носу. Она увидела, что коридор заканчивается глухой каменной стеной.

— Не может быть! — вырвалось у нее. — И это после всех наших скитаний? Как несправедливо!

— Может, здесь что-то переделали, когда восстанавливали виллу уже на острове, — предположил Джонас, Он направил луч фонарика вниз. — А, вот и следы — они обрываются прямо у стены. Значит, это просто-напросто еще одна потайная дверь. Отойди-ка, малышка. Сейчас я в два счета ее открою.

Но все оказалось гораздо сложнее. Прошло более получаса, прежде чем Джонасу удалось отыскать механизм отпирания двери. Он вовсе не походил на предыдущие и располагался в полу перед стеной, а не в самой стене.

Верити затаила дыхание, когда Джонас привел механизм в действие. Как только дверь медленно отворилась, на них пахнуло затхлостью. Джонас отступил назад и повлек за собой Верити.

— Джонас, а что, если мы найдем груду золотых флорентийских монет или корзину драгоценных камней? — прошептала Верити. — Мы тогда сможем учить нашего малыша в Гарварде.

— Мой ребенок не будет учиться в Гарварде, — мрачно поклялся Джонас. — Мы еще не нашли сокровища, а ты уже прикидываешь, на что мы их потратим. Ну, готова? — Он двинулся в потайную комнату, и луч фонарика осветил маленькое квадратное помещение.

Верити шла следом. Ей вдруг показалось, что она уже видела эту комнату… И тут она вспомнила: комната привиделась ей вчера вечером, когда она впервые надела свои новые сережки, — во время эзотерического сеанса.

— Джонас, мне знакома эта комната. Я ее видела. Здесь должен быть черный сундук.

— Ты права — вот он.

Огромный резной сундук стоял в углу маленькой комнаты. Джонас осторожно приблизился к нему.

— Джонас, мне кажется, к нему можно подойти — следы ведут туда и обратно. — Верити внешний вид сундука почему-то не понравился, очень уж он напоминал саркофаг. Сережки ее снова потеплели. — Это сундук из нашего видения. Тот самый, который был полон золота и драгоценностей.

Джонас подошел к сундуку вплотную и внимательно осмотрел его со всех сторон.

— Замок вскрыт. Посмотрим, что внутри.

— Джонас, осторожнее. — Верити охватила тревога. — Не прикасайся! И открывать не нужно. Бог с ним, с Гарвардом, — полно и других хороших университетов. Пойдем отсюда поскорее.

Но было уже поздно — Джонас приподнял крышку сундука. Превозмогая страх, Верити подошла ближе, заглянула внутрь.

— Пустой, — сказала она со смешанным чувством разочарования и облегчения. — Черт возьми, похоже, тот, кто прикончил Дигби, опустошил сундук и скрылся, забрав с собой сокровища.

— Возможно. Но этот сундук сам по себе обогатит коллекцию любого музея. Посмотри только на эту резьбу — она великолепна. Жаль, что все это принадлежит Дагу с Элиссой. Нам достанется только мой гонорар за работу консультанта. — Джонас поднял голову, и луч фонарика скользнул по его лицу. — Дай-ка мне обломок меча.

Верити сжала проржавевшую рукоять.

— А зачем тебе? — встревоженно спросила она.

— Я хочу еще раз посмотреть на того человека, сидящего за столом. Надо проверить, действительно ли это та же комната, что и в видении.

— Конечно, та же самая — в этом я уверена. Не думаю, что нам следует еще раз вызывать этот образ.

В нем есть что-то необычное.

И тем не менее Джонас нетерпеливо выхватил у нее из рук кусок металла. «Вот и давай людям мудрые советы», — мелькнуло в голове у Верити, когда стены маленькой комнаты стали изгибаться, превращаясь во временной туннель. Такие, как Джонас, редко прислушиваются к мнению окружающих.

У Верити даже дух захватило, когда таинственная застывшая картина вновь возникла перед ними. Серьги у нее в ушах раскалились, как головешки. Она стала снимать их, не сводя глаз с человека за столом. «Кто бы он ни был, ему знакомы зло и жестокость», — внезапно подумала она. Это было видно и по отталкивающим чертам его аристократического лица, и по злобному взгляду холодных глаз.

Маленький зеленый продолговатый кристалл, лежащий на столе, казалось, переливался в свете фонарика. «Но это невозможно», — сказала себе Верити. Образы, возникавшие во временном коридоре, никогда не реагировали на воздействия реальных объектов настоящего. Они существовали совершенно отдельно и независимо, в каком-то пространстве и времени.