Все игроки стремительно начинают перепроверять свои карты. Но я смотрю на их лица. Наблюдаю за движением рук. Я прислушиваюсь к звукам трясущихся ног под столом, и я знаю, что у двух игроков ничего нет. Но на удивление все уравнивают ставку.

Тем временем, дилер вскрывает четвертую карту. Мои руки по-прежнему скрещены. Я сосредотачиваюсь на остальных игроках. Два игрока, у которых, как мне кажется, ничего нет, продолжают игру, не поднимая ставки. Но по их лицам я понимаю, что они сами также хорошо осознают, что у них не будет выигрышной комбинации.

Остался только один игрок, который до сих пор уверен в себе. Но и он не повышает ставку. Опять же, когда доходит до меня, я поднимаю ставку. Я знаю, что здесь ни у кого ничего нет, но все-таки двое игроков отвечают.

На этот раз все смотрят друг на друга, ожидая, что я собираюсь делать дальше. Я до сих пор не видел своих карт. Я слышу звуки ерзания, подпрыгивающих колен под столом и перетасовки фишек. Ни у кого из игроков нет никакой комбинации, и никто понятия не имеет, что есть у меня. Но все, что мне было нужно, я увидел. Я видел достаточно карт для того чтобы знать, что независимо от того, что есть у меня на руках, я смогу обыграть их честным путем. Так что, я снова повышаю ставку. И повышаю на весомую сумму.

Я смотрю на их лица. Они сбиты с толку. Но в основном все боятся. Они не знают того, что знаю я. Они задаются вопросом: «А не подстроена ли игра»? Они поражены тем, как я могу играть, не имея понятия, какие карты у меня на руках. Но это покер. Ты играешь не с картами, а с игроками.

Напуганные и растерянные, они все пасуют. Парень в солнцезащитных очках и хипстерской фетровой шляпе спрашивает меня:

— Итак, что же у вас?

Я говорю ему очевидные вещи:

— Единственный способ выяснить, какие карты у меня, это поднять до моей ставки, но никто не сравнял ее.

Я просто отбрасываю свои карты обратно в середину стола. Именно в этот момент, продюсер телеканала нагибается ко мне.

— Док, зрители хотят видеть, как ты переворачиваешь свои карты, — шепчет она.

Я старой закалки, и я бы никогда не показал свои карты, только в том случае, если кто-нибудь бы перебил мою ставку. Но я должен показать свои карты зрителям шоу ради Бинса. Я встаю, наклоняюсь к центру стола и переворачиваю карты. В комбинации с общими картами, у меня есть две пары — дамы и десятки.

После этого весь остаток дня люди просто ставили на меня свои деньги, и они все ушли задолго до пяти часов, что дало мне немного времени, чтобы отдохнуть перед сегодняшней вечеринкой.

Позже тем же вечером, был показан видеоролик с лучшими моментами, в центре внимания которого находилась моя игра вслепую. Эксперты будут говорить о том, что я очень рисковал. Они будут обсуждать мою крупную авантюру. Но я не считаю это риском. Это также просто, как заточить ножницы для работы.

Сара

— Куда ты так вырядилась?

— Рабочие моменты, — я подхожу к окну и смотрю на улицу. Черный Кадиллак припаркован через дорогу, рядом с ним стоит мужчина средних лет в униформе шофера.

Проследовав за мной, мама выглядывает в окно:

— Что этот лимузин здесь делает? Это за тобой? Что ты затеяла?

Я беру сумочку и шарфик.

— Я же говорю, это по работе. Джимми хочет, чтобы я пошла на вечеринку с одним очень важным человеком, — я поняла, как это прозвучало, только после того, как произнесла.

— Твой босс подкладывает тебя под него, это так? — мама подошла, тем самым отдаляя меня от двери.

— Нет. Конечно, нет. Я скорее нянька.

Джимми сказал мне, что я должна сопроводить Дока. Он заставил меня пообещать, что я не позволю Доку приближаться к женщинам, особенно к замужним.

Я спросила у него, как он это себе представляет. Он сказал просто: «У тебя есть грудь, разберись с этим сама». Значит, он не использует меня; этот мерзавец предоставил мне самой выбирать.

— Что значит «нянька»? — мама прислонилась к двери. Мне приятна эта запоздалая демонстрация материнской заботы.

— Мама, я должна просто присмотреть за мужчиной, вот и все.

Я уже взялась за дверную ручку, когда она спросила меня напоследок:

— Я могу рассчитывать на то, что ты вернешься домой в приличное время? — я знаю, что она хочет узнать. Останусь ли я ночевать у мужчины? Буду ли я спать с Доком? Когда Джимми рассказал мне о задании, подобная мысль приходила мне на ум. Скорее всего, я никогда не увижу его после сегодняшнего вечера. Так что в этом плохого? Его уже не будет в моей жизни, и это шанс для меня покончить давней влюбленностью. Поэтому я решила: будь что будет.