Сзади послышались шаги. Я повернулся и увидел Кийко.

— Что, готов? — спросил он у меня.

— Наверное, — качнул я головой.

— Не очень хочется опять лезть непонятно куда, да? — хмыкнул Кийко.

— Есть такое…

— Слушай, давно хотел спросить, но как-то при остальных… — замялся Кийко.

— Что?

— Да вот, все думаю, почему киборг выбрал именно меня для маскировки?

— А, это, — я хмыкнул, — так все просто — из всех нас ты единственный техник.

— И что?

— Ну, ему ведь в центр связи нужно было пробраться? Техник — лучшая маскировка.

— Проще тогда было подделать тебя или Строгова. Вы-то егеря на тот момент были…

— Думаю, это слишком заметно, киборг не хотел привлекать к себе внимание. А маскируясь под обычного колониста, он мог попросту получить отворот-поворот еще на входе в центр связи. В таком случае действовать грубо ему бы пришлось намного раньше.

— Ну, может быть… — согласился Кийко и тут же повеселел. — Ты бы видел, в каком бешенстве был Тэкс, когда узнал, что киборг жив…

— Тэкс? — ах, да, до меня дошло, что Тэкс в последний раз видел киборга через прицел своей винтовки, когда попросту отстрелил ему голову. Уж кто-кто, а законник был уверен в том, что киборга больше нет. И понятно, почему он пришел в ярость, узнав, что противник не уничтожен.

— Что, придется заново его искать и убивать? — хмыкнул я. — Ну что ж…думаю, в этот раз Тэкс получит все для этого необходимое — Серж в этом сам заинтересован.

— Это да, но я немного не о том, — сказал Кийко.

— А о чем тогда?

— Я встретил Тэкса в баре Кэса. Он был вдрызг пьяный — праздновал свое оживление и выполнение заказа.

— А! Так ты ему праздник испортил? — рассмеялся я.

— Хуже! — улыбнулся и Кийко. — Он позвал меня к себе и начал хвастаться татуировкой, мол, уже двенадцатая. И тут я его и обломал.

— Так. Вот здесь уже я ничего не соображу, — нахмурился я.

— Ну, у гильдейских охотников за головами есть пунктик — они отмечают «исполненных».

— Это как?

— Ну, кто-то зарубки на оружии делает или коллекционирует какую-то мелочь вроде брелоков, цепочек, снятых с «целей». А у Тэкса это татуировки…

— Ага, понял, — кивнул я, — и что?

— Да что? Начал мне хвастаться, мол, только что набил себе новую, — рассмеялся Кийко, — на, говорит, смотри. У него на левой руке до кисти кресты набиты. Ровно двенадцать штук. И последний такой, своеобразный. Крест в проводах. Типа киборг.

Кийко рассмеялся и меня пробило на улыбку. Кажется, я уже понял, к чему он ведет.

— Вот тут-то я его и «обрадовал», — продолжил Кийко, — сказал, что с татуировкой он поспешил. Ты бы видел, в каком он был бешенстве.

— Я представляю, — кивнул я, — Тэкс уже праздновать начал, а ты ему все перебил.

Мы засмеялись уже вдвоем.

Я вдохнул воздух, сощурившись, полюбовался далеким лесом, над которым и поднималось солнце, и отправился к гравициклу. Все вещи уже были собраны и подготовлены. Осталось лишь включить машину, попрощаться со своими, и двинуться в путь…

Провожать меня вышел весь отряд.

Гравицикл пер практически на максимальной скорости. Ну, а что? Видимость прекрасная, да и местность позволяет.

Мне казалось, что вокруг меня что-то вроде пустыни, только ледяной — снег и снег кругом. Никаких тебе деревьев или хотя бы кустарников. Даже холмов нет — все ровно и плоско.

Быть может, я вообще сейчас надо льдом лечу?

Мысль была настолько упрямой, что мне пришлось остановиться и начать рыть снег. Прорыв чуть больше полуметра, я убедился в правильности своей догадки — действительно, внизу оказался лед.

Жаль, у меня нет даже приблизительной карты местности. Как долго мне придется лететь над озером? Морем? Заливом?

Хотя, а какой у меня был выбор? Повернуть назад? Гравициклу плевать, над чем лететь — льдом, снегом или сырой землей. Так что можно не бояться, что где-то мне встретится тонкий лед, и я провалюсь.

Часа два, как минимум, я летел все по той же местности. Совершенно ничего не менялось. Было скучно, нудно и, вполне возможно, именно по этой причине я погрузился в себя, стал обдумывать все то, что мне было известно.