– Что это он делает? – подозрительно спросил комиссар.

– Шшш, не отвлекай! Это герон и заклятие для того, чтобы фрегат повторил все свои действия с определенного момента.

– Это как? – озадачился Натан. – Разве для этого не нужен целый фрегат?

– Я вам сейчас объясню! – воодушевленно начал Лонгсдейл. – Магия часто строится по принципу подобия. Хотя в нашем распоряжении есть всего три вида магических действий – заклятие, герон и зелье...

Бреннон покорно вздохнул. Хотел бы он обойтись без этих знаний...

Редферн закончил с героном как раз к началу прилива. Большущий круглый знак (диаметром в пять футов, не меньше) мягко мерцал на песке. Пироман напевно зачитал заклинание и самодовольно уставился на дело рук своих. Прилив накатил на герон, заполнил знаки и линии, обхватил остатки корабля, однако не унес их с собой. Обломки, охваченные нежным голубоватым сиянием, поднялись в воздух, закружились и, точно на ткацком станке, сплели объёмное изображение фрегата. Бреннон восторженно ухнул. Вот такие фокусы он любил! Редферн, стоя рядом, излучал самоуверенную гордость. Но вдруг корабль развернулся и ускользнул в море вместе с новой приливной волной.

– Эй! – забеспокоился комиссар. – Куда это он?

– Он не уплывет, – сказал пироман (Пегги уже взяла его под руку и прильнула нему, когда только успела!). – Ему нужно море. Смотрите.

Корабль сбросил якорь. Паруса стали сворачиваться сами собой.

– А где люди?

– Мы не нашли вещи экипажа и пассажиров, – ответил Редферн. – Поэтому их не видно. Мы наблюдаем за событиями в ускоренном темпе, чтобы не торчать тут сутки или двое.

Бреннон покосился на него. Пироман, поглаживая руку Пег, слегка оперся на девушку. Он был бледноват и выглядел уставшим.

"Неужто магия отнимает столько сил?" – подумал Натан и повернулся к кораблю. С другой стороны, такую штукень сварганить – чего удивительного...

Под водой скользнула тень и одним укусом отхватила якорь. Бреннон подался вперед, но зверюга выглядела как размытый силуэт. Она вцепилась зубами в якорную цепь и потащила корабль прочь из порта. Само собой, картинка никуда не уплыла, но было заметно, что корабль быстро движется.

– Это морской змей? – прошептал Натан.

– Да, – ответил Лонгсдейл. – Не очень крупный.

– Заклятие реконструировало челюсть и часть морды по отпечатку зубов, – добавил Редферн. – К счастью, в наших водах обитает всего два вида таких змеев.

Комиссар кивнул. Он наконец понял, по какому признаку Пегги отбирала обломки для реконструкции – на них должны были остаться какие-нибудь следы произошедшего. Тем временем на борту фрегата открылось несколько пушечных портов, и по змею дали залп призрачными ядрами. В ответ зверюга шарахнула по борту хвостом, и чуть выше ватерлинии образовалась огромная вмятина.

У другого борта корабля вдруг сгустилось нечто вроде облака, из которого выступил кусок обшивки с перилами, словно другой корабль, бОльшая часть которого была скрыта туманом, притерся бок о бок к фрегату. Между ними легло несколько широких досок, вплотную друг к другу, и Натан торжествующе хмыкнул. Всегда приятно выяснить, что был прав. Жаль только, что заклятие не смогло отобразить весь корабль колдуна целиком.

Картинка некоторое время оставалась неизменной. Затем доски пропали, и второй корабль исчез. Змей снова поволок фрегат за собой. Бреннон нахмурился. Наверняка этой твари было вполне по силам расколотить "Кайзерштерн" на мелкие куски, и раз она так не поступила, значит, хозяин нежити все же хотел привлечь как можно больше внимания к крушению.

– Он хотел, чтобы мы это увидели, – процедил Бреннон. – Зуб даю, эта сволочь знала, что мы будет в порту и все увидим, вот только рассчитывала еще и на ваше присутствие.

– Мое? – удивился Лонгсдейл.

– Уверен, что я для него – только приманка, на которую он намерен ловить вас.

– Потому что лезть к охотнику на нежить хозяин все-таки боится, – прошипел Редферн. – Он весьма ловко устроил ваш вызов в Бресвейн и просчитался только насчет присутствия там консультанта.

Бреннон помолчал. Он не знал, что ему не нравится больше – ход мыслей пиромана или то, насколько они совпадали с его собственными размышлениями.

– Хорошо, – наконец решил комиссар. – Где мы можем потолковать без лишних ушей?

Редферн настороженно подобрался, взгляд стал напряженным и подозрительным. Маргарет с бесконечным терпением возвела очи к небу, вздохнула и зашептала что-то ему на ухо по-иларски. Пес ревниво уставился на девушку и запыхтел.

– Смирись, Кусач, – пробормотал Натан. – Я же смирился.

Лонгсдейл перевел по-детски недоуменный взгляд с пиромана на Бреннона:

– В чем дело? Я снял для нас два номера в отеле, отправимся туда и...