— Машка, что болит? — бросилась к ней сестра, теряя всё своё хладнокровие и лихорадочно размышляя, чем помочь двойняшке.

Девушка открыло было рот, чтобы что-то ответить, но вдруг с силой оттолкнула от себя сестру. Та сперва опешила, но когда Маша перегнулась через кровать и её обильно стошнило, поняла, что девушка просто не хотела, чтобы её задело. Одновременно с этим пришло также понимание того, что дело было плохо, очень плохо. И пора было будить мужа.

— Прости, — шепнула Маша, дрожащей рукой вытирая мокрый лоб и мечтая только об одном — умереть, чтобы эта агония больше не мучила её, — Я испортила ковёр.

— Не говори ерунды, — отмахнулась Карина, — Всё можно заменить. Кроме тебя. Я вызываю врача.

Мария, которая терпеть не могла докторов, только слабо кивнула, потому что сама понимала, что домашние лекарства и самолечение здесь не помогут.

Карина вызвала скорую и параллельно растолкала супруга. Вадим сперва не понял, что произошло и почему кто-то решил нарушить его покой, но выслушав жену, кивнул и тут же принялся одеваться. Так что, когда медики приехали, вкололи что-то бледной, мокрой и дрожащей Маше, а после заявили, что её нужно везти в больницу, мужчина заявил, что поедет с ней.

От лекарства Сергеевой не стало легче — она чувствовала, как всё внутри сжимается, живот скручивают спазмы, но желудок был уже слишком пуст, и наружу ничего не выплёскивалось. Она лежала на холодной, жесткой и жутко неудобной койке в машине, сжимая руку сосредоточенного и мрачного Вадима, и мечтала только о том, чтобы это как можно скорее закончилось.

Но Вселенная определённо её не слышала. Потому что в первой больнице, куда её привезли посреди ночи, не оказалось дежурного хирурга, а все остальные специалисты лишь разводили руками в стороны и не могли понять, что с Машей. Всё, чем ей смогли помочь — предоставили уборную, где она выплюнула в унитаз уже чистую желчь, без примесей остатков пищи. Затем ей вкололи еще одну порцию обезболивающего, загрузили в машину — и повезли в другое учреждение. Где ситуация повторилась. Злой, невыспавшийся и волнующийся за сестру своей жены Вадим, не сдержавшись, наорал на персонал, после чего велел скорой везти их в частную клинику. Водитель кареты настолько опешил, что даже возражать не стал. Маша же просто хотела оказаться в кровати, потому что от всех этих переживаний, судорог и попыток выплюнуть собственный желудок её организм желал вырубиться и отказать уже на месте.

В клинике — частной и довольно дорогой — Вадима и Машу встретили, как дорогих гостей. Уже синюю девушку положили на каталку, после чего увезли в один их процедурных кабинетов. К мужчине подошёл врач, который, несмотря на поздний — или ранний час, как посмотреть — выглядел более чем бодрым и свежим. Разве что в глазах читалась лёгкая усталость:

— Здравствуйте, я — Михаил Олегович Павлов, дежурный хирург. Девушка — ваша супруга?

Вадим покачал головой:

— Сестра моей жены. Она ночевала у нас сегодня, и среди ночи с ней случилось…а что, собственно, случилось? Что с ней?

Доктор покачал головой:

— Пока ничего не могу сказать — нужно сделать несколько анализов. Но в одном я уверен — хорошо, что она была с вами. Не факт, что девушка смогла бы сама себе вызвать врача.

— Маша, — поправил Вадим мужчину, — Мария Андреевна Сергеева.

Михаил Олегович кивнул:

— Конечно. Собственно, я об этом и хотел вас попросить — помогите медсестре заполнить карту пациента Марии. Я же пока вернусь в процедурную, чтобы найти для нас всех нужные ответы.

На этих словах доктор скрылся за одной из дверей, оставляя Вадима наедине с молоденькой девушкой в форменном халатике. В это же время уже мало что соображающая от стресса и недосыпа Маша пыталась сдать кровь и другие анализы, которые от неё бесконечно вежливо, но вместе с тем настойчиво требовали. После, забрав все нужные баночки, еще одна медсестра удалилась, и в кабинет вошёл врач. Он присел на стул рядом с кушеткой, на которой трупом — иначе не скажешь — лежала Сергеева. — Вы заставили всех понервничать, Мария Андреевна.

Разлепив пересохшие губы, девушка почти шепнула:- Что сказать — я люблю эффектные появления, доктор.

Михаил Олегович добродушно усмехнулся:

— Я это заметил. Мария Андреевна, я знаю, что вы устали, но нам для полного анамнеза нужно задать вам пару вопросов. А затем вас отвезут в подготовленную палату, и вы сможете отдохнуть. Договорились?

— Как будто у меня есть выбор, док, — Маша попыталась пошутить, но вышло у неё, мягко говоря, паршиво.

Павлов попытку оценил, но всё же настроился на работу и начал стандартный опрос — что ела пациентка, когда почувствовала первые приступы боли, где именно болело, и на что было похоже это чувство. Записав все её ответы, и чуть подумав, Михаил Олегович кивнул и мягко улыбнулся:

— Ну, вот и всё. Сейчас вас отвезут в палату, вы поспите, а утром мы с вами снова увидимся. И решим, что нам дальше делать.

— Мы еще не расстались, а вы уже назначаете мне новую встречу? — лёгкая усмешка коснулась бледных Машиных губ, — Доктор, я понимаю, что вам не терпится снова меня увидеть, но держите себя в руках. Не при всех же сознаваться в своих порывах.

Медсестра, которая в этот момент помогала Сергеевой перелечь на каталку, подняла на доктора удивлённый взгляд и с изумлением отметила, что щеки последнего порозовели. Покачав головой, Павлов откашлялся и мягким, успокаивающим тоном произнёс:

— Отдыхайте, Мария Андреевна. Вы заслужили…

*****

Моргнув, я вынырнула из воспоминаний о не самом простом вечере моей жизни и сосредоточилась на мужчине, который в тот самый момент был передо мной. Он мало изменился с нашей последней встречи, разве что седых волос стало чуть больше. Это же сколько ему уже было? Тридцать два…как быстро летело время.

— Не ожидала тебя здесь увидеть, — сказала я просто для того, чтобы заполнить паузу.

Хотя, на самом деле так и было — я не ожидала, что встречу Мишу. Хотя, мы ведь жили не просто на одной планете — в одном городе, в соседних районах и у нас были некоторые точки пересечения. И дело даже не только в больнице, где я лечилась от не самой приятной болячки. Просто я настолько привыкла, что он словно сквозь землю провалился, что наивно полагала, будто хирург улетел на космическом корабле спасать жизни инопланетянам. Желательно — в соседней галактике.