И я как-то осоловело прохожу в обуви в коридор, миную гостиную и иду к нашей с Пупсом спальне, откуда эти самые звуки и доносятся.

Подойдя, открываю дверь и вижу, что мой благоверный трахает на нашей кровати какую-то смазливую блондинку... Как она изгибает спину в талии, как какая-нибудь кошка во время течки, и сладко стонет... И как он, совершенно меня не замечая, придерживает её руками за талию, и активно двигает бёдрами... туда-сюда, туда-сюда...

В кино обманутые женщины по разному ведут себя в ситуации, когда застукивают мужа с любовницей. Как правило, устраивают сцену, острят, надевая маску "я выше этого", стаскивают любовницу за волосы с кровати или просто уходят.

А я просто теряюсь. Стою на пороге комнаты и совершенно растерянно смотрю на то, что происходит на нашей с Пупсом кровати. Просто не понимаю, как такое вообще может быть. Это же мой молодой человек... вот он.. он только ведь мой, разве нет? И вот он трахает какую-то смазливую бабу на нашей кровати... Трахает на моих глазах, потом что они так увлечены процессом, что и не заметили, как я вошла.

Отчего-то я как-то отстранённо оцениваю её внешность, хотя в этом совершенно нет никакого смысла: очевидно, что вкусы Пупса меня более интересовать не будут. Но я стою и зачем-то рассматриваю эту барышню, чьи полные груди качаются туда-сюда в такт движениям таза моего некогда Пупса...

У неё длинные, светлые и мелированные огненно-рыжим волосы, тонкая, девичья шея и округлые, глянцевые будто, плечи, На руке, которой она в порыве страсти сжимает побелевшими пальцами простынь, то тут, то там, случайно рассыпаны родинки. Она очень светлокожая и сбоку её подтянутой талии виднеются розовые следы, оставленные пальцами Пупса. Теперь он придерживает её за бёдра. Она красивая, наверное намного красивее меня... Точёный профиль, интересное, миловидное лицо, пухлые губы... Она стонет и что-то страстно шепчет на выдохе... Но самое главное, я никак не могу понять - это я в её спальне с моим мужчиной или она в моей? Такой сумбур...

И тут она поворачивает голову в мою сторону и встречается со мной глазами. Глаза распахиваются, девушка резко замирает, Пупс врезается в неё остановившуются, непонимающе смотрит на неё, затем следуя за её взглядом, тоже поворачивается в мою сторону.

Он ойкает - как-то так по-детски, по-девчачьи даже, тоненько так, совершенно не мужественно - "Ой!" и выскакивает членом из своей пассии. Она хватает лежащее рядом покрывало без одеяла и, усевшись лицом ко мне на кровати, прикрывается этой скомканной тряпкой. Пупс нервно облизывает губы и испуганно зачем-то произносит:

– Окся, привет...

– Привет, - как-то заторможенно, отстранённо отвечаю я.
– А это кто?

– А вы кто?
– осторожно спрашивает блондинка, а потом переводит непонимающий взгляд на моего парня...

– Я?
– рассеянно переспрашиваю я.
– Я здесь живу...

– А-а, - тянет она, будто мой ответ всё ей объясняет.

Она хватает с тумбочки своё бельё и принимается быстро одеваться. Пупс тоже тянется рукой за трусами, лежащими на полу у кровати. Пока он натягивает их на себя, девушка успевает запрыгнуть в джинсы и взять с тумбочки свой смартфон в бледно-розовом чехле со стразиками.

– Я пойду?
– сглотнув, спрашивает у меня девушка.

Она прижимает к груди скомканный свитер, вперемешку с лифчиком. Умоляюще смотрит на меня. Она, похоже, не виноватая. Он, наверное, сам пришёл...

– Ага, - говорю я.
– Иди.

Пупс смотрит ей в спину, дёргается было проводить, но под моим взглядом, осаживается и остаётся сидеть на кровати.

– Оксь, я тебе сейчас всё объясню, - шмыгнув носом, говорит он.

– Ага, - бесцветно отвечаю я.
– Объясни.

Девушка шуршит в коридоре. Суетно, нервно. Меня её сборы нервируют не меньше, и в то же время я по прежнему остаюсь практически невозмутимой. Будто бы не со мной всё это происходит. Будто бы мы с Мишкой просто смотрим кино про измену... Только почему-то мы при этом - в главных ролях.

Не удостоив Пупса прощанием, девушка тихонько стукает дверью, а затем слышатся затихающие быстрые шаги - она, похоже, решила не ждать лифт и побежала вниз по лестнице....

Моя левая рука полусогнута, прижата к животу. Правая локтем упирается в неё, пальцы прикрывают рот. Я пытаюсь осмыслить происходящее и понимаю, что не могу. Понимаю, что мне вроде бы надо взять флешку и бежать обратно на работу, но вот непонятно теперь - надо ли?

Мне зябко, я ёжусь, обнимаю руками себя за плечи и иду к приоткрытому окну. Закрываю его и поворачиваюсь к Мише. Он сидит на краю кровати, обхватив голову руками, и покачивается взад-вперёд.

Я подхожу недавнему месту преступления и понимаю, что кровать застелена свежим бельём, тем, что мы купили в "Икее" в прошлые выходные. Выбирали его вместе... Шутили, смеялись, целовались там, в этом огромном магазине...

– Миша, - говорю я.
– А ты понимаешь вообще, что ты сделал?

Пару секунд он молчит, а затем принимается тихо поскуливать и раскачиваться ещё сильнее.

– Оксенька, ну прости меня...
– жалобно произносит он, поворачиваясь ко мне.
– Ну блин, я впервые так лоханулся... Оксь, не знаю, что на меня нашло...