«Не посмеетесь, - шепнул кто-то внутри. – Матушка права. Он влюблен и ревнует!».

– Жаль, что все так произошло, - Эдна обняла меня, прижала к себе, делясь теплом и покоем материнского сердца.

– Я рада, что он теперь знает и не будет больше строить планы на то, чего нет.

– А мне совсем не показалось, что он понял и отступится, - матушка покачала головой. – Расскажи сегодня своему Алану о том, что произошло. Он должен знать, если между вами все серьезно. А если нет, то, может быть, дашь шанс Фредерику?

– Матушка! – возмутилась я.

– Хорошо, хорошо, - Эдна отошла, взглянула на букет, печально оставленный мной на прилавке. Подняла его и добавила: - Цветы не виноваты. Я поставлю их в воду.

 Коротко кивнула и почти обрадовалась, когда дверной колокольчик снова оповестил о госте. На этот раз это были покупатели. Две дамы средних лет, которые сразу поспешили ко мне, чтобы поинтересоваться моделью с витрины. И, признаюсь, я как никогда была приходу покупателей. Даже, если они ничего не купят, отвлекут от мыслей об Эбернетти и его неожиданной ревности.

 Ближе к вечеру явился посыльный. Я уже собиралась закрывать лавку, когда на пороге возник невысокий молодой мужчина в одежде служащего магических рассылок. Поклонившись, он спросил:

– Доброго вечера, мисс. Скажите, здесь ли живет миссис Финниган и ее дочь, мисс Лорейн Финниган?

 Отряхнув руки, подошла к посыльному.

– Да. Вы не ошиблись. Мисс Лорей – это я.

 Он обаятельно, но искусственно, улыбнулся и достал из портфеля на боку длинный белый конверт, который и протянул мне. После этого посыльный поклонился и был таков. А я вскрыла в нетерпении послание, одновременно с этим запирая дверь лавки и переворачивая табличку на слово «закрыто».

– Кто приходил, Лора? – раздался голос матушки. Она возилась с нарядом, укладывала волосы, проявляя нетерпение от предстоящей встречи.

– Лорд Кроу прислал сообщение, что экипаж прибудет за нами в восемь вечера, - крикнула в ответ я и, бросив взгляд на часы, поняла, что мне тоже стоит поторопиться. Это кажется, что впереди еще уйма времени, а на деле его всегда не хватает.

 Поднявшись наверх, сначала заглянула к матушке. Эдна Финниган была почти готова и оставалось лишь помочь ей уложить волосы.

 Оценивающей посмотрев на изысканное платье, которое матушка не надевала уже год за отсутствием причины, я принялась колдовать над ее шевелюрой, отчего-то вспоминая старания Игрэм Эбернетти, готовившей меня к свиданию с Кроу. Даже стало любопытно, знала ли соседка в действительности о том, к кому именно я собиралась выйти, или догадывалась. Впрочем, какая теперь разница.

– Дай шпильки, - я протянула руку и матушку положила несколько невидимых в волосах шпилек на мою ладонь. – Ты у меня сегодня будешь красавицей.

– Лора, - попеняла мне матушка. – Не думаю, что так важно, как буду выглядеть я.

– Лорд Кроу-старший тебе понравится, - проговорила с уверенностью. – Мы с ним уже знакомы. Приятный искренний мужчина, лишенный любого проявления снобизма и чванства.

– Звучит впечатляюще, - усмехнулась миссис Финниган.

– И да, не забудь накинуть пелерину, ту самую, которую я подарила тебе весной, - напомнила матушке. – Она диво как сочетается с твоим нарядом. Ты у меня просто красавица!

 Матушка улыбнулась еще шире. А я принялась за ее локоны, закрепляя их волнами по бокам головы.

– Ну вот, - едва я закончила с прической моей Эдны, матушка повертелась перед зеркалом и, повернувшись ко мне, смерила взглядом домашнее платье, ахнув: - А ну, быстрее переодеваться! Осталось всего ничего!

– Успею, - рассмеялась я и помчалась в свою комнату, надевать лучшее платье из гардероба. Но, если нарядиться я была в состоянии сама, то с волосами мне помогала матушка. Так или иначе, к назначенному времени мы обе были готовы и ждали лишь появления экипажа. Ровно в восемь под окнами лавки появилась карета. Выглянув на улицу, я с восторгом увидела дорогой экипаж, запряженный парой гнедых. Бросив на себя последний взгляд в зеркало, дабы убедиться, что платье не помелось, а из прически не выбилось ни единой прядки, я поспешила в комнату матушки. Но миссис Финниган уже заметила карету и выходила мне на встречу.

Спустившись вниз, вышли через лавку. Пока матушка закрывала замок, я увидела, как с козел спрыгнул молодой мужчина в бархатной ливрее. Поспешив к нам, он с поклоном представился, а затем проводил обеих к дверце экипажа. Распахнув ее, он помог сначала матушке, а потом и мне, забраться в салон. Сам же вернулся на козлы, и карета тронулась с места, покатив по булыжной мостовой.

– Дорогое средство передвижения, - отметила Эдна, проводя ладонью по мягкой обивке салона. Я же выглядывала наружу через окно, пытаясь запомнить дорогу к дому Алана. И как оказалось, не зря. Экипаж отвез нас мимо королевского парка и резиденции, к южному кварталу, где обитали самые родовитые господа столицы. Именно здесь располагались имения и фамильные дома знати. Глядя на окружавшее дорогу великолепие – старинные личные парки, пруды и видневшиеся за оградами строения с башенками и колоннами, - матушка отчего-то молчала. Лишь позже, когда карета проехала через распахнутые кованые ворота, Эдна Финниган произнесла: