Я пошевелила бедрами.

— Пока нет, но я была почти уверена, что скоро пойму.

Стерлинг зарычал, схватив меня за губы.

— Нет.

— Что?

Я вздрогнула, когда покрывавшие нас одеяла откинулись назад, и Стерлинг переместился с кровати на пол. Беззастенчиво обнаженный и похожий на греческого бога, высеченного из мрамора, он прошелся по комнате и вернулся обратно.

— Неужели ты не понимаешь, что никому нельзя доверять?

Я села у изголовья кровати и натянула простыню на грудь, немного шокированная и разочарованная таким поворотом событий.

— Нет, но я думаю, что ты мне все расскажешь.

— Блять…

Его рука прошла сквозь взлохмаченные волосы.

— …ты ведешь себя так, будто это игра. Сегодня всё становится реальным. Всё и было реально, но это вопрос жизни и смерти. — Он повернулся в мою сторону. — Я пытался сказать тебе, что мир, в котором ты привыкла жить, и та жизнь, которая у тебя была, исчезли. Я не могу заставить их вернуться. — Руки сжимались и разжимались в кулаки по бокам. — Черт, я не думал, что хотел бы… потерять тебя, как только у меня будешь ты, но сейчас…

Комок застрял у меня в горле, когда я посмотрела на одеяло, лежащее на мне. Сделав глубокий вдох, я перевела взгляд на него и сморгнула слезы, вызванные его признанием.

— Скажи мне, что ты имеешь в виду. Ты хочешь сказать, что теперь, когда я у тебя есть, ты хочешь вернуть меня?

Он повернулся в мою сторону.

— Ты что, издеваешься надо мной?

Я шлепнула по кровати рядом с собой.

— Это то, что ты только что сказал.

— Черт возьми, так оно и есть.

Его ответ прогремел по комнате и открытым окнам.

— Ответ на этот нелепый вопрос — нет. Я никогда не откажусь от тебя. Ты можешь на это рассчитывать. Арания, ты моя. Мне просто жаль, что я не могу дать тебе всё это. — Он обвел рукой комнату, окна и открытое голубое небо за ними. — Я буду стараться так часто, как только смогу, но даже здесь, везде, ты должна помнить, что есть только три человека, которым ты можешь доверить свою жизнь: я, Патрик и Рид.

— Я не знаю Рида.

— Как только мы доберемся до Чикаго, ты узнаешь. Никто другой не заслуживает стопроцентного доверия. Никто.

— Господи, Стерлинг. Если это из-за Яны, ты слишком остро реагируешь, она не представляет угрозы.

Присев на край кровати, он взял меня за руку.

— В этом-то и проблема. Мы не знаем.

— Тогда откуда ты знаешь про Патрика и этого парня Рида?

Его спина распрямилась.

— Мы вместе воевали.

— Метафорически? — спросила я, наклонив голову.

— Нет, солнышко. Два тура по пустыне и почти целая жизнь в чикагском невидимом мире. Я доверяю им свою жизнь, а потому и твою. Никто другой не проявлял такой преданности. Повторяю, никто. Точка.

— У меня есть работа и бизнес, который нужно вести, помнишь? — сказала я, скрестив руки на груди.

— Меня не задержат в башне твоего замка ради моей безопасности.

— Я помню. И мы работаем над этим, обеспечивая тебе офисные помещения, потому что ты, черт возьми, не будешь работать со своего склада или распределительного центра.

Я хотела возразить, сказав, что это не входит в бюджет «Полотно греха», но он даже не вздохнул.

— Патрик станет твоей новой тенью. И действуют те же правила. Говоришь на тему

«Полотно греха» сколько угодно, но ничего личного. Ничего. Не упоминай ни меня, ни нас.

— Стерлинг, ты ведешь себя…

Его палец опустился на мои губы.

— Продолжай спорить, и я найду для этих губок что-нибудь получше.

Под его прикосновением появилась улыбка. Когда он поднял палец, я сказала:

— О, мистер Спарроу, вам придется сделать что-то получше. Если вы думаете, что заставлять меня сосать вам член — это наказание… — Я уронила простыню. — …пожалуйста, наказывайте меня весь день.

Ладно, я еще не делала этого, но мне это показалось не таким уж плохим.

Строгое выражение лица, которое смотрело на меня секунду назад, исчезло, когда он отодвинулся от края кровати и перекатился, сдвинув простыню и подняв меня обратно на живот. Я действительно не была уверена, как он это сделал и что произошло. Может, это был какой-то маневр, которому он научился в армии, может, он действительно был быстрее скорости света — супергерой или, может быть, суперзлодей. Я не была уверена. Все, что я знала, было то, что по тому, как он смотрел на меня, я была уверена, что через несколько секунд я буду ездить на самом великолепном твердом члене, который я когда-либо знала.