Шрифт:
— Дорогая, может быть, не стоит так сразу бросаться на Рика? — сделал попытку заступиться за друга Стю. — Это все же его дом, не наш. В нашем доме ты можешь делать что угодно, но тут…
— Стюарт, как ты не понимаешь, дом прекрасен! — воскликнула Анна. — Но! Обои старые, отваливаются и пожелтели. Паркет местами надо обязательно менять, особенно в бальной зале! На втором этаже его просто необходимо циклевать! А раз мы будем менять обои, то необходимо будет под них купить новые шторы, обязательно подобрать мебель (ее тут почти нет), придется сменить люстры! — принялась загибать пальцы Анна.
— Дорогая, я привык к твоей активности, а вот мой друг…
— Твой друг меня давно знает, и прекрасно осведомлен, что я обладаю хорошим вкусом и плохого не посоветую! Итак, Рик, на чем я остановилась? Ах, да… — Анна продолжила щебетать, ее подружки включились в диалог и вскоре пришли к выводу, что надо осмотреть дом и прийти к общему мнению, в каком стиле его оформлять и что еще предстоит сделать, а еще неплохо бы…
— Подкаблучник, — ткнул Рик друга локтем в бок.
— На себя посмотри! Она хотя бы моя жена, — не остался в долгу Стюарт.
— Рик, я бы еще хотела сделать небольшую перепланировку на первом этаже, ты не против? — все же соизволила остановиться в полете фантазий Анна.
— Оставь только мою спальню на прежнем месте, дорогая, — передразнил друга Рик.
— Я знала, что ты будешь рад помощи! Но боюсь, мне тут не справиться одной, надо бы пригласить дизайнера. Или… О! Констанция Лаввальер ведь училась в институте, ее специальность — дизайн помещений, она сможет нам помочь!
— Она замужем? — обреченно спросил Рик. Подружки Анны начали кудахтать о неприличных вопросах, но быстро успокоились.
— Нет, но это не важно, у нее отличный вкус! — очаровательно улыбнулась госпожа Грейсстоун.
— Тогда, надеюсь, она так же страшна, как монстры из Пояса Желтых Туманов! — огрызнулся полковник.
— Прекрати говорить гадости, — немедленно взъелась Анна. — Завтра зайдешь к нам после службы. Приходи вместе со Стюартом, хоть поужинаете нормально. Я попрошу Конни заглянуть, обсудим интерьер, покажешь потом нам дом. И не опаздывайте!
— Так точно, — покорился судьбе Рик. Спорить с Анной сейчас было бесполезно.
— А еще меня называешь подкаблучником, — тихо хмыкнул Стю.
— Я ж не собираюсь на этой Конни жениться… — отмахнулся Рик. — Тем более, дом надо в порядок приводить.
— Подкаблучник, — не отставал Стюарт.
Естественно, на следующий день оба друга притащились к Стюарту домой, где в просторной и светлой гостиной их ждала счастливая Анна с изящной фарфоровой чашечкой с чаем в руке, и ее подружка: очаровательная высокая блондинка с пронзительными голубыми глазами, такая же элегантная и безупречная, как и госпожа Грейсстоун. После долгой церемонии знакомства, обмена любезностями и прочей светской чепухи, все четверо отправились на осмотр несчастного дома.
Королева с невыносимой тоской смотрела на парк, что раскинулся у нее под ногами.
Она вновь забралась на высокую Южную башню, или Башню Слез как ее тут называли. Говорят, в старину, в крошечных комнатках высокой тонкой башни запирали неугодных королевских наложниц [22] , опостылевших жен или же нежеланных дочерей королей. Дверь внизу башни была обита железом, открыть ее без ключа не представлялось возможным, а вот дверь наверху закрывалась изнутри на простой засов. Узницам таким образом предоставлялся выбор: провести всю жизнь в небольших комнатках, глядя в крошечные окошки, или же прыгнуть с вершины башни. Хоть парапет и был высокий, некоторые пленницы взбирались и на него, ошалев от тоски и плохого питания. В старину около высокого парапета стояла небольшая деревянная лестница — чтоб забираться дамам было проще.
22
В Розми у короля официально существует гарем. Это помимо жены. В гареме обычно находятся как рабыни-наложницы, так и женщины, рожденные свободными, ставшие наложницами.
Дети от наложниц считаются бастардами и не имеют никаких прав на престол, но они носят фамилию династии (в описываемый период — Уайтроуз) и стоят на иерархической лестнице на ступень выше обычных бастардов, хоть и королевских. Если ребенок родился у наложницы-рабыни, то ребенок автоматически является свободным человеком, в отличие от своей матери.
Гарем может быть только у короля Розми. У правящей королевы его не может быть, т. к. она — женщина, олицетворение чистоты и всего лучшего, что может быть в женщине.
Кстати, неверных жен казнили почти также — их скидывали с этой башни.
Тоска и одиночество терзали Талинду, а еще постоянная работа и учеба, ведь ей надо было столько всего успеть сделать, понять, прочитать, запомнить, подписать! Управлять огромной страной — очень тяжкое бремя, которое некому снять с твоих плеч.
Как назло, еще и жрецы сорвались с цепи, начали нести какую-то чушь. В Ариэль, в Оберуне… Дядюшка Нил, о существовании которого она почти забыла, стал организовывать какие-то балы, встречи, принялся посещать своих деловых партнеров… А ведь он занимается поставками военного оборудования и участвует в разработке некоторых электронных примочек для военной техники. Эта его возросшая активность не очень нравилась Винсенту и совершенно точно не нравилась королеве.
Конечно, уж он-то не имел никаких прав на трон, но кто же знает, что ему может взбрести в голову?!
А еще странное поведение Лоуренса… Мальчишке начали по ночам слышаться какие-то непонятные шорохи и звуки за окном. Он стал бояться темноты и теперь требовал, чтобы няньки не выключали свет на ночь… Доктор объяснил это обычными детскими страхами, ведь ребенок не только потерял всю семью, он еще и пережил ту дикую бойню, что случилась в день свадьбы брата Талинды. Наверное, это посттравматический синдром.