Он не заслужил такого обращения. Андрей был очень внимательным. В то время, когда я впала в депрессию после измены Кирилла, он был рядом. Приходил каждый день, терпел, когда я рявкала на него, утешал, когда выла белугой. У многих первая любовь плохо кончается, но не думала, что это про нас с Кириллом. После видео, да даже после клуба, я не думала, что это конец. В глубине души надеялась, что он все осознает, будет просить прощения, что у нас ещё есть шанс. Я могла многое простить ему, но не измену. Но даже после этого не могла его ненавидеть. Тогда я поняла, это не любовь — болезнь.

Захотела поскорее вылечиться. Все неправильно. Кирилл втоптал меня в грязь, сравнял с землёй, а я его любила. Я устала от этих эмоциональных качелей. И я чуть не потеряла самое важное в своей жизни, того, вокруг которого вращается моя вселенная. Мишенька. Мой маленький сладкий мальчик.

Одно воспоминание о нем, и я не могу убрать улыбку с лица. И я рада, что тогда мы расстались с Кириллом. Это помогло сохранить его.

— Пап! — в зеркале увидела моего малыша, который сонно потирал кулачками глазки.

— Привет, проказник. — Андрей подхватил его на руки. — Ты почему не в кроватке? И где Маша? — Маша — наша нянечка. Я не очень часто вызываю её. Мне хочется больше проводить время с моим малышом.

— Она читала сказку и уснула, — Андрей улыбается ему. И за это я его ценю. Он ни разу не упрекнул меня за Мишу, он любит его, заботится о нас. Но что-то не так. Между нами продолжает стоять стена. Я хочу, чтобы, наконец, мы сблизились. Он заслужил нормальную жену. Хочу полюбить его. Поэтому сегодня на вечер мы идём вместе. Нам нужно проводить больше времени вместе, но не всегда получается.

Скоро защита диплома, я целыми днями пропадаю в салоне, который недавно выкупила. Мужу это не нравится, он хочет, чтобы я сидела дома и готовила борщи. Ещё и Мишу с собой таскаю. В салоне оборудовала ему комнату.

— Почему ты не спишь, Мишенька? — провожу рукой по темно-русым кудряшкам, его серые глаза улыбаются.

— Хочу маминого молочка, — Андрей закатывает глаза, вижу, как он сердиться. Ему не нравится, что я до сих пор кормлю Мишу грудью.

— Геля, даже не вздумай! Мы опоздаем!

— Я быстренько, — Миша тянет ко мне руки, освобождаю грудь, протираю дезинфицирующими салфетками. Миша с радостной улыбкой припадает к груди.

— С этим пора заканчивать, — Андрей раздражённо смотрит на меня. — Ты его до армии будешь кормить грудью?

— Нет, конечно. Но грудное молоко полезно. Миша ни разу не болел, — и я не могу отказать своему мальчику. Когда он смотрит так просяще, с предвкушением. Он так даже на шоколадную конфету не смотрит.

Андрей нервно посматривает на часы. Этот вечер важен для него. Его пригласил знакомый бизнесмен, туда хотят попасть всё сливки общества.

— Геля!

— Всё, всё, — Миша недовольно выпячивает губу, когда я прячу грудь.

— Пойдем к тете Маше, — беру его за ручку. — Хочешь, дам тебе молочко из коробочки?

— Нет.

— Ну, малыш, — приседаю на корточки. — Я обещала папе, — он тяжело вздыхает и согласно кивает. Я восхищаюсь им. Несмотря на маленький возраст, он очень сообразителен, никогда не капризничает. Просто берет, что ему надо. А сегодня он отпустил меня.

Мария извиняется, обещает, что такого не повторится, уводит сына.

Мы заходим в шикарный ресторан, держу Андрея под руку. Останавливаюсь у зеркала, поправляю платье, откидываю волосы назад, оголяю голые плечи.

— Андрюш, ты иди. Мне нужно поправить макияж.

— Хорошо, — подхожу к зеркалу, расчесываю рыжие кудри, проводя помадой по губам, замечаю его. Кирилл выходит из уборной, смотрит на меня изучающе. Руки начинают трястись, щеки приобрели оттенок помады-блеск от Шанель «Желание».

Он уходит, не сказав ни слова, а меня покидают силы. Сажусь на белый диванчик. Поражаюсь своей реакции. Что это было?

Кирилл

Два года не видел её, и словно не было их. Прошлая жизнь казалась сном, будто вчера расстались. А я думал, вылечился от этой болезни по имени Ангелина.

Я видел, как она смотрела на меня, и чего мне стоило сдержаться. Так хотелось впечатать её в себя, слиться воедино. Но я уже не тот сопляк. Она уничтожила того парня, больше не собираюсь таскаться за ней, как побитый пёс.

Владимир, хозяин вечера, похлопывает меня по плечу, говорит, как рад меня видеть. Я тоже скучал по родине, по старым приятелям, но сейчас не могу оторвать взгляда от Гели. Она подходит к этой ментовской твари, прижимается к нему, старается не смотреть на меня.