– Скоро вы будете свободны, - прошептала Лебедь им.

Анксун странно на нее покосилась и вновь повернулась ко мне. Не уверена, что мне понравился ее взгляд. Словно она знала, что это я, но будто факт потери оболочки души казался ей в новинку. Ведь моя душа у меня. Только вид ее в мертвом царстве не при мне.

Теперь не только «сестра мудрости» смотрела на меня, но и все остальные. Они оживились, стали перешептываться. И, разумеется, Лебедь их расслышала. Сперва она всматривалась в них, переводя взгляд от одного лица к другому. И затем, как на закуску, сфокусировалась на мне. Жутко, когда твое лицо смотрит на тебя. Особенно жутко, когда твое лицо тебе больше не принадлежит.

Ведьма так резко встала, что даже ее массивный стул отлетел.

– Она все еще здесь, - объявил голос из моего тела. – Но я могу с ней справиться.

Девушка подошла ближе и прошептала:

– И в этом мне помогут твои воины.

Я не знала, что делать. Наверное, потому и стояла как вкопанная. В то время как привычная рука с чуть пухлыми пальцами потянулась к моему лбу.

– Отправлю тебя туда, куда ты так стремилась все это время.

Из ее указательного пальца потек свет во все стороны. Все мои воины, даже сидящая до этого Анксун, встали ближе. У каждой смятение в глазах.

Вскоре свет охватил меня всю.

В этот раз никто не советовал закрывать глаза, чтобы не тошнило.

Просто случилось то, что случилось.

8

Он ворвался неожиданно. Я стояла за барной стойкой и глядела в одну точку. Конец рабочей ночи. Не чувствую себя уставшей, скорее опустошенной. А Даня влетел и вместе с ним метель. Он весь взъерошенный, разозленный. Такой милый и любимый.

Артем, стоявший в двух-трех метрах от меня, с которым мы уже несколько дней не разговариваем и стараемся избегать всяческих контактов, злорадно усмехнулся.

– Почему ты не отвечаешь на мои звонки? – Накинулся Даниил Аркадьевич без предисловий. – Что случилось? Я сделал что-то не так?

– Нет-нет, дело не в тебе, - я нерешительно оглянулась, дабы появление Альбины не стало неожиданностью, но хозяйки видно не было. – Мы можем поговорить позже?

В самом-то деле, чего он бесится? Ведь мог раньше прибежать. Сколько я уже игнорирую его звонки и смс-ки. Пожалуй, я к нему несправедлива. Все-таки парень не дома сидит, а работает. Подикось еще и проблемы какие-нибудь решал.

Черт. Руки дрожат.

Кое-как переоделась. Стянула волосы в неряшливый хвост.

Вдох.

Выдох.

Прорвемся.

Вместо своей квартиры, в полной тишине, он отвез меня в центральный общепит. В столь ранний час почти все столики были свободны. Несколько студентов с ноутбуками ловили халявный вай-фай.

Словно боясь, что я убегу, Даня крепко держал меня за руку. Купил два кофе. Присели у окна. В этой части зала было пустынно.

За окном панорама на проснувшийся центр. Вот памятник Пушкина, вот спешащие машины, прохожие. Спокойные лысые деревья. Яркая реклама на крыше дома напротив. С равнодушного неба сыпались огромные пушистые снежинки. Они валили не густо, не закрывая кругозор. Смотрелось красиво. Хотя, думаю, это не просто снег, а на половину дождь. Едва касаясь земли, снежинки таяли. Лужи, слякоть. Будем надеяться, конец затянувшей зимы. Как на днях Танечка ко всем подходила и с шутливым возмущением вопрошала:

– Кто знает, весну вообще обещают?

Я улыбнулась своему воспоминанию. Но как-то горько. После (хоть и полностью продублированного с первого) разговора с Андроном на душе стало тревожно. Я чаще оглядываюсь по сторонам, будто проверяя – реально ли это. Но мир вокруг реален. Спокоен, шумен, как обычно. Вот если бы неожиданно зацвели цветы, пробились сквозь сугробы; распухли почки и деревья покрылись зеленью; заработали фонтаны и дети с собаками бегают вокруг, плескаются; жаркое, палящее солнце… Я вижу это так ярко! Возможно, где-то бушует лето. Но не в этом городе.

Даня сидел напротив. Мрачный. Не сводил с меня глаз. Ждал подвоха. Боялся неизвестности ожидания.

– Мне надо было подумать, - честно призналась я.

– О чем?

– О нас.

– И что надумала?

Вместо ответа неопределенно повела плечом.

– Не знаю, - спустя время наконец сказала я.

Мой кофе уже остыл, а свой он выпил.

– У тебя было много работы?

– Да. Поэтому не мог приехать.

– Я так и подумала.

Мимолетная улыбка. Моя или его? Пусть будет общая.

– Я скучал по тебе.

– Я тоже.

– Почему ты не отвечала? Я звонил.

Не могу ответить честно. Ну не могу сказать ему: «прости, я просто еще не оправилась от шока, ведь меня недавно чуть совсем не убили. А еще я знаю, что ты сын правителя самого жуткого царства. И да, твоя тетка – самый злейший враг добрых существ».

– Я знаю.

В наших разговорах вообще очень много «я», как ни странно.

– Мне надо было подумать, поэтому не отвечала.

– Что навело тебя на это? Почему ты решила подумать?