Невинная шутка больно резанула по еще не зажившей ране. А мне бы хотелось вот таких темненьких, как Машуля…Но не суждено…

– Я думаю, что Машу нужно будет возить на занятия, поэтому хорошо бы найти подходящие записи. Я скажу Алине Сергеевне, пусть где-то закажет.

– Да не надо заказывать, я сам на флешку накачаю. У меня племянник есть, так что я в курсе. Я еще ему подарил такую прикольную штуку. Умная Яндекс станция Алиса называется. Честно говоря, и себе бы такую купил. Управляется голосом, и выдает всю информацию Яндекса. Говоришь: « Алиса, какая температура на улице?» А она тебе приятным женским голосом отвечает: « На улице минус три градуса. Самое время прогуляться!» Или «На улице минус двенадцать. Ветер. Я бы не советовала показываться на улице. Шучу. Прогулка полезна для здоровья!» Ну и соответственно, можешь заказать любую песню. «Алиса, песенка Бременских музыкантов!» И она, умничка, тут же реагирует. «Песенка Беременских музыкантов»

По тому, как заблестели глазки у Машули и от удивления приоткрылся и рот, я поняла, что ей тоже захотелось иметь такую штуку. Я бы с удовольствием подарила ей игрушку, но пока что все мои деньги расписаны до копейки. Но! Я скажу Алине, что нам нужна такая штука для развития. Будем учить песенки и горланить их на весь дом, как пьяные грузчики. Конечно, когда хозяев не будет дома.

Удивительно, как время может растягиваться и сжиматься! Когда я ехала днем в поселок, считая каждый километровый столб, мне казалось, что я быстрее состарюсь, чем приеду. А сейчас не успела глазом моргнуть – и мы уже забрали мои пожитки. И что приятно, Шурик оттеснил меня сразу же от чемоданов и отнял даже сумку, набитую, как мешок с картошкой, всякой мелочью.

Неделя прошла сумбурно. Требуемую Алиной программу я еще не составила, потому что целый день занималась тем, что называется – «натаскивать по верхам». Надо сказать, что меня едва не распирало от гордости за первые результаты. У Машули оказалась отменная память, и разучивание стихов легко было замотивировать. Как ослику вешают морковку перед носом, чтоб быстрей бежал, так и я ставила условия – выучим стих – идем играть в бадминтон или кормить уточек в пруду. В итоге мы выучили шесть стихотворений, пять песенок, научились рисовать предметы быта и самое главное – были несказанно довольны друг другом.

Меня так переполняли эмоции только в период моей большой любви. Как и тогда, я словно летала на крыльях, забывая о еде и отдыхе.

Спасибо этому дому - процесс приема пищи здесь контролировался поварихой Клавдией, которая в строго определенные часы дня накрывала на стол, и Машуля, упираясь шла с матерью есть.

Я перехватывала чего-нибудь на кухне, и втыкалась в интернет в поисках чего-то нового. Да и наши хаотично счастливые уроки срочно нужно было приводить в систему.

И еще радовало то, что Алина практически не вмешивалась в наши дела. Вечером, перед ужином, мы докладывали ей о своих успехах, и расходились в разные стороны, обоюдно удовлетворенные результатом. Мы – принимать водные процедуры и готовиться ко сну, она – в свои журналы светской хроники или интернет.

Я искренне считала, что получила практически работу своей мечты. Нет, честолюбивые планы я тоже лелеяла, но реализацию отложила на потом. Главное Здесь и Сейчас. Но видать быть рыжей - это фатально. Сказать, что грянул гром – это значит ничего не сказать. То, что произошло дальше, стало настоящим Апокалипсисом. Я окунулась в ад.

Меня не насторожило, что Алина вдруг кардинально поменяла имидж, перестала походить на Рождественскую елку. Сняла с себя все украшения, смыла макияж. Вместо агрессивного конского хвоста сделала милую французскую косичку и превратилась в очаровательную молодую женщину. Даже привычное «Мария» она заменила на Машенька, правда, в ее устах оно звучало несколько фальшиво.

Но нам с Машулей было не до ее странных метаморфоз. А зря. Если б подумала немного, может, хоть какое –то подозрение снизило бы градус эйфории и анестезировало бы последовавший шок. Так нет же, до последнего мгновения я наслаждалась, и не было никакого, даже малюсенького предчувствия.

Выучив очередное стихотворение, Машуля честно заработала бадминтон. Мы немного поиграли, и я поняла, что воланчик наш уже истрепался.

– Машуль, давай-ка тренируйся ракеткой подбрасывать и ловить этот, а я сбегаю за новым.

Резвым поросенком я понеслась в дом и на обратном пути застряла на пороге – развязался шнурок на кедах. Завязав его, я, вся в мыслях о новой игре, которую мы заказали по интернету, резко разогнулась и чуть не протаранила входившего в дом мужчину.

Подняв глаза, едва удержалась на ногах.

– Руслан?!

– Янтарик?!

Выдохнули мы одновременно…

Руслан первым пришел в себя. Такие родные серые глаза в один миг словно покрылись ледяной коркой. Мгновение назад он готов был схватить меня в объятия, но вовремя опомнился. Он отстранился, будто ограждая себя от этого желания.

– Ты что здесь делаешь? – чужим голосом спросил он.

– Что ты здесь делаешь? – одновременно и у меня вырвался вопрос, ответ на который даже в страшном сне не мог присниться.