– Чего ты на меня орешь?

Не заботясь о том, как это выглядит и кто что может подумать, он меня обнял, и я почувствовала, что тону в его запахе, таком родном, который незримой татуировкой давно уже впитался в мою кожу, в мой мозг.

– Прости, девочка моя! Я увидел, что ты стоишь с чемоданом, и крышу рвануло. Прости. Ты меня с ума сведешь.

Бальзам на мою исстрадавшуюся душу. Надо же мне так влипнуть?

– Троицкий! Ты моя погибель, - шмыгая носом, на эмоциях опять я выдаю то, что в здравом уме сумела бы удержать.

– А ты моя безжалостная инквизиция!

Ноги мои подкосились, потому что почувствовала жар его губ на своей макушке. Мне показалось, что я превращаюсь в пластилин в его руках. Мягкий, безвольно счастливый, теряющий границы своего тела. Эти мгновения счастья, как вспышки на солнце, ослепили разум и лишили воли. Еще секундочку! Еще одну! Но я должна первой отстраниться! Я впилась ногтями в ладони, чтобы как-то себя отрезвить. Вдохнула-выдохнула. Кислород, очевидно, немного прочистил мозги, и я отвоевала у эмоционального паралича дар речи.

– С чего вдруг? – разрешаю еще пару секунд блаженства в кольце его рук.

– Потому что видеть тебя каждый день и не иметь возможности прикоснуться – это самая изощренная пытка, - обреченно прошептал Руслан.

Я осторожно отстранилась, разрывая объятия.

– Руслан, мы не должны..

– Знаю, Янтарик. Но ты меня загнала в клетку. Я больше так не выдержу. Или сам тебя уволю, или…, - он запнулся, выбирая варианты того, что может сделать со мной. – Дай мне время разобраться.

Острым лезвием по душе полоснуло это «Дай мне время разобраться». Я правильно поняла, что он собирается разобраться с нашими отношениями? И развестись с Алиной? Как еще можно трактовать? Вот и замкнулся круг. Мы вернулись на исходную. Если он это серьезно, то я опять должна отказаться от него. Хотя это сделать сейчас намного мучительней, чем тогда. Написать «Ухожу. Прости. Люблю» и сбежать можно? Но это же самое сказать в глаза?! Оторвать по живому?!

Проглотив горький комок в горле, я осторожно отстранилась.

– Руслан…, - слезы опять подступили, не давая договорить.

– Я Руслан. Это что, проверка связи? – в его голосе зазвучало до боли знакомое подтрунивание. И счастливые нотки.

– Нет. Просто я хотела сказать, что не нужно ни в чем разбираться. Все должно оставаться так, как есть.

– Ты опять? Янтарик, не своди меня с ума. Что ты снова выдумываешь? Я не хочу без тебя быть. Я сглупил, когда женился на Алине. Повел себя, как идиот, когда не нашел тебя и не набил морду твоему ухажеру.

– Что?!
– от неожиданности я чуть не уронила челюсть. – Ты что несешь? Да у меня, кроме вашего величества, никого не было!

Я возмущенно запыхтела, переваривая сказанное.

– Ну ты ж не одна от меня уехала? – видно было, что прошлая обида всколыхнулась в нем, и он опять смерил меня взглядом Отелло.

– Ты себя слышишь? Але! Ау! – я пощелкала пальцами у него перед носом, подражая киношным психиатрам. – Это таксист мой ухажер?

– Но он тебя обнял и поцеловал, - упрямо, как подросток, застуканный за курением, упрямо бубнил свое.

– Троицкий, у тебя паранойя! С чего ты такую фигню придумал? – я даже не злилась, потому что это просто смешно. Я так думала. Оказалось, все хуже. И на манеже все те же.

– Ко мне вечером зашла Полинка, отец попросил принести мне документы. А я как раз перечитывал твое послание, матерясь и заливаясь коньяком. «Ну это логично! Мама видела, как она в парке гуляет с каким-то мажором. Просто не стали тебе говорить. Вдруг там по работе…» Она произнесла это таким тоном, что было понятно – такое допустить может только олень. Или А-а-алень.

– А ты у мамы не поинтересовался, кого она там видела и в порядке ли у нее зрение? Это чушь собачья!

– Слова Полинки гроша ломаного не стоят, но я не думаю.. не думал, что Ева Эрнестовна может сказать то, чего нет. Я не стал проверять, мне показалось это унизительным.

Руслан выглядел растерянным, обескураженным, как ребенок, который развернул конфету, а там какой-нибудь камешек.

– Я идиот?!

От беспомощного взгляда захотелось просто раствориться в нем. Забить на все и сказать – да! Уходи от жены! И урвать хоть маленький, но кусочек счастья. Насколько получится. И оно было бы сверкающим, на взрыве эмоций. Но я подавила этот порыв. Я не смогу мириться с его жалостью ко мне, разочарованием от того, что у нас не будет малыша. Беру себя в руки и увожу с этой темы.