К месту Наган добрался в начале десятого. Прежде чем припарковаться на опустевшей стоянке, щедро залитой светом фонарей, Наган медленно объехал вокруг офисного центра, где горело только окно его приемной и два этажом выше, оставил машину возле ржавого допотопного «мерседеса», принадлежащего охраннику Егорычу.

Закурил, уронил пачку и долго искал в тени, используя заминку, чтоб оглядеться. Было пустынно. Все сотрудники разошлись по домам, оживление наблюдалось только в кафе. Но когда Наган снова сел в салон «шкоды» и сделал вид, что отъезжает, никого из посетителей этот факт не привлек.

Проводив взглядом парня в оранжевых штанах, торжественно несущего букет, Наган зашагал к офисному центру, позвонил в звонок, радуясь тому, что Егорыч уже запер дверь, а значит, никто посторонний в здание проникнуть не мог. По крайней мере, в последнее время.

Подволакивая ногу, Егорыч топал по коридору. Он не доверял электронным замкам и пользовался еще и щеколдой.

— Что-то ты припозднился сегодня, — проговорил он, Наган заметил кетчуп на его усах, но промолчал. — Супруга твоя совсем заскучала, час назад заглядывала, приносила печенье. Такая она у тебя умница! Так чего поздно-то? У нас ведь это не положено, камеры проверят, и мне, и тебе по шапке настучат. И еще эти вот, — он задрал голову, кивнул наверх. — Типография. Но эти-то ладно, они переезжают…

— Я серьезное дело расследую… — проговорил Наган, думая о том, что по доброй воле Яна не пошла бы к Егорычу. Наверное, менты напугали ее сильнее, чем она показала.

— Никак олигарха Тарасова ищете? Его жену я узнал, Каринку-то, она к тебе приходила на прием.

Наган усмехнулся:

— Придется, Дмитрий Егорыч, брать тебя на работу. Такой талант пропадает!

Охранник приосанился.

— А то! Я еще о-го-го. Сустав только поменять надо. Коленный. Осколком зацепило. Поначалу не болело, а к старости… Эх… Знаешь, сколько это сейчас стоит?

— Безумно дорого. Никто подозрительный поблизости не околачивался? — поинтересовался Наган, думая, что лучше потратить минуту на разговор, чем потом пожинать результат халатности.

— Как ты ушел, так только свои были, я ж всех вас знаю, третий год тут. Только типография туда-сюда коробки таскает, и все.

— Спасибо.

Егорыч просто так не болтает — значит, и правда нет опасности. Пора бы выдохнуть, но не выдыхалось. Что-то было не так. Поднимаясь на второй этаж по лестнице, Наган тщетно пытался сообразить, что именно.

Кроме его и Яны, на этаже не было никого. Недавно вымытый пол пах хлоркой, тянуло кофе, потрескивали древние люминесцентные лампы, пожирая эхо шагов.

Тишь и гладь, но рука отчего-то сама легла на рукоять «травмата», лежащего в подмышечной кобуре. Наган распахнул дверь в агентство, подавляя желание выхватить пистолет. Откуда оно?

В приемной горел свет, на столе исходила ароматом чашка кофе. От такого домашнего, уютного запаха Наган расслабился, закурлыкал пустой живот.

— Яна? — позвал он, взял чашку и толкнул приоткрытую дверь в свой кабинет, собираясь сделать глоток.

Яна, глядящая в экран ноутбука, так увлеклась, что не ответила. Клац-клац-клац — щелкала мышка, на которую Яна увлеченно давила указательным пальцем.

— Чем ты так занята? — Наган повертел головой по сторонам. — Читаешь? Играешь?

Обычно Яна слушала музыку, когда оставалась в офисе одна. Как и Наган, она любила рок, пусть и более мягкий. Теперь царила тишина — видимо, у супруги после пережитого стресса разболелась голова.

Но самое странное — Яна даже не посмотрела на него.

— Говоришь, ты встречался с Краско, — голосом робота спросила она. — Что он сказал?

— Все его слова меркнут по сравнению с тем, что я услышал позже. Опять звонил тот депутат, — Наган оперся о стол, отхлебнул кофе и покачал чашкой. — Кстати, спасибо.

— Не за что. Чего хотел депутат?

В кабинете пахло свежими Яниными духами, кофе, но улавливался чужеродный масляный запах… До тошноты знакомый запах… Перед глазами понеслись ассоциации: его взвод, разобранный ТТ, весь в оружейной смазке.

Нет! Откуда ей тут взяться? Но взгляд остановился на черном пятне над большим пальцем Яны. Нахлынуло ощущение неправильности происходящего, будто бы ночные кошмары начали прорастать в реальность. Наган оцепенел, а сердце его сорвалось в галоп. Чужим омертвелым голосом он спросил:

— Яна, ты сейчас в линзах?

Игнорируя вопрос, супруга вскинула голову и недостоверно изобразила усталость.

— Росс, поехали домой, а?

Нет, это не его живая, участливая, всем интересующаяся Яна! Почему она не обняла его, как обычно? Что там, в компьютере может быть более важного, чем их общее дело? Не веря свои глазам, Наган сказал кодовую фразу, которую знали только они: