Я не собиралась. Моя семья была в городе, и по традиции я праздновала с ними и остальной частью банды. Я только что закончила сжигать сотни и сотни калорий во время игры, так что могла представить себя с разумным количеством мексиканской еды и пятью литрами воды. Дженни ехала с нами, как она обычно и делала после открытия сезона.

Несколько сотрудников радостно закричали и заявили, что пойдут с ним.

Я закончила переодеваться в раздевалке и встретилась с Дженни на улице, чтобы мы могли присоединиться к моей семье. Гарднер и его небольшая группа опередили нас, тоже направляясь к стоянке. Я не могла не заметить, что Култи с ними не было.

Когда мы пересекли двойные двери, я заметила черную «Ауди», стоящую у тротуара с заведенным мотором. Затем я заметила толпу людей рядом с машиной, одетых в различные варианты униформы Рейнера Култи. Я наблюдала так долго, как только могла, любопытствуя, выйдет ли Немец или нет. К тому времени, как я села в машину и выехала с парковки, ничего не изменилось. Я заметила джип Гарднера, выезжающий со стоянки впереди меня.

Но черная «Ауди» по-прежнему не двигалась, как и люди, толпившиеся возле нее.

Через несколько дней я услышала:

— Двадцать третья! — и мне захотелось стукнуться головой о воображаемую дверь. Сколько раз за последние полтора часа он выкрикивал мой номер? Лучшим предположением будет где-то между дюжиной и двадцатью. Любое число больше двух, я считала «слишком часто».

Мне захотелось врезать ему по яйцам. Чувство сожаления, которое я испытывала к нему из-за того, что он не играл два года, или из-за того, что бедняга не мог дойти до своей машины после игры, не будучи окруженным фанатами, в тот момент не имело никакого значения. Даже совсем чуть-чуть.

Терпение, Сал. Терпение.

Я быстро подошла к нему и откинула голову назад, игнорируя тот факт, что три недели назад я не была в состоянии выговорить рядом с ним простого предложения.

— Да?

— Разве тебе не нужно сделать несколько упражнений?

— Нет. — Прошло, наверное, секунд двадцать с тех пор, как я закончила упражнения, и он выкрикнул мой номер. — Я жду остальных, чтобы начать разминку. — Я показала большим пальцем на остальных позади меня.

Он медленно моргнул, очень похоже на ленивую ящерицу. Не сводя с меня глаз, казалось, целую минуту, он, наконец, понизил голос и спросил:

— Не хочешь поиграть сегодня?

О-о-ох.

Я почувствовала себя так, словно на меня были направлены все прожекторы стадиона и дюжина камер. Мне пришлось бороться с желанием оглянуться и убедиться, что меня не разыгрывают. От нервного напряжения мышцы ног пульсировали и покалывали.

— Я не могу? — Я сказала это так, словно это был вопрос, и увидела его растерянный взгляд. — На днях ты чуть не убил меня. Может быть, в эти выходные?

Он сразу ответил.

— Хорошо. — Это было разочарование в его глазах?

О, черт. Думаю, именно оно.

Я наблюдала за выражением его лица, когда предложила:

— У меня есть несколько друзей, которые играют в любительский софтбол. Они все довольно хороши, и иногда я играю с ними. Сегодня у них игра. Мы могли бы пойти.

Немец моргнул, глядя на меня.

— В моем контракте говорится, что я не могу играть в футбол в команде, но в нем ничего не говорится о других видах спорта, — объяснила я.

Култи, казалось, обдумывал эту мысль в течение минуты, и я была почти уверена, что он собирается сказать мне, что это дурацкая идея, но внезапно он кивнул.

— Хорошо. Напиши мне адрес и время.

Это происходит на самом деле?

— У меня нет номера твоего телефона, — почти прохрипела я.

— Дай мне свой. — Через долю секунды он вытащил из кармана телефон и протянул мне. Я набрала свой номер. Он нажал кнопку вызова и еще одно долгое мгновение спустя кивнул. — Теперь у тебя есть номер.

Только много позже до меня дошло, что именно он сказал и что это подразумевало.

Во-первых, у меня был номер телефона Рейнера Култи.

И я собиралась написать ему, это два.

Но три, это то, что, похоже, действительно тронуло мое сердце — он спросил, не хочу ли я поиграть с ним. Он попросил меня сыграть. С ним.

Вместо этого он пойдет играть в софтбол со мной и несколькими моими друзьями. Ха.

Семь вечера в «Херши-парке». Я подожду тебя у здания туалета возле парковки.