К приходу Дамира я была собрана от и до, даже умудрилась нанести легкий макияж, ай ладно, просто подкрасила ресницы и нанесла блеск для губ, волосы распустила, уложив на одно плечо, ну и переминалась с ноги на ногу, прижимая к себе сумочку. Честно призналась сама себе, что жутко трушу, но все равно нервно покусывала губу от предвкушения.

Дамир зашел в квартиру минута в минуту, и как только увидел меня, то широко улыбнулся.

— Готова? — отрицательно помотала головой, но все же, вышла вслед за папой Миланы, дождалась, когда мужчина закроет дверь и только потом он ответил.

— А зря, — сказал Дамир, — я сам волнуюсь.

Конечно, я ему не поверила, слишком уверенно и естественно он себя вел, как будто таких свиданий у него на дню штук десять, а то и двадцать. Я же когда последний раз куда-то выходила? А давно это было, ведь разговор не о работе и магазине, а о развлечении, о том, что приносит радость, что дает возможность отдохнуть. Я же была занята нескольким другим…

— Как прошел день? — задал дежурный вопрос Дамир Игнатович, когда мы уже сели в машину, и она тронулась вперед.

— Да как обычно, — не вдаваясь в подробности, ответила я, да и зачем? Охрана у двери палаты появилась не просто так, значит, Дамир обо всем знал. А рассказывать о себе не хотелось, не знаю почему, наверное, думала, что меня слушать не интересно.

— Везет, — вздохнул Дамир, — а вот у меня…

Мужчина стал рассказывать о себе и тех трудностях, что возникли на работе. И говорил он очень открыто, хотя уверена, подобная информация не для всех ушей, тогда, зачем говорит мне? Доверяет?

Так и прошел наш путь до самого дорогого заведения нашего города, которое я видела второй раз в жизни. Неужели меня сюда поведут, неужели мне придется предстать перед всеми в таком нелепом виде? Ох, кажется, моя самооценка только что зарылась в глубокую яму и попросила ее больше не тревожить.

Ну вот, теперь я точно чувствую себя белой вороной на фоне всех этих людей, которые кружатся у своих дорогих автомобилей и косятся в нашу сторону.

Дамир

Идея организовать свидание именно сегодня, пришла неожиданно, да еще и после разговора с бывшей женой. На душе было так отвратительно, что захотелось скрасить вечер и сменить грустные мысли на что-то более позитивное.

Первым делом я замедлил шаг и проанализировал, на кого смогу положиться, кто возьмет на себя заботу о Милане. Если фирма сейчас целиком и полностью находится на попечении брата, то вот дочка остается без должного внимания и заботы. А ведь я обещал сегодня зайти, а значит, мало того, что слово нужно сдержать, так еще и подходящую няньку найти.

— Гена, — набрал водителя, — ты сегодня вечером сильно занят? Дело есть!

Ну, а что? Захар, конечно, тоже ничего так, но с детьми общаться совсем не умеет, а вот Геннадий берет обаянием, уж вечер-то он может потерпеть?

Как оказалось, может. Правда, пришлось о своих планах рассказать, ну да ладно, он так итак бы узнал. Поэтому смысла скрывать не было.

Медленно бредя вдоль дороги, я заказал столик в самом лучшем заведении города, надеясь, что Аля оценит. Нет, правда, я сам не знал, как удивить девушку, ведь привык ходить по званым ужинам, где просто без конца решал вопросы фирмы, даже толком не отвлекаясь на еду. Сегодня же планирую посидеть в приятной компании и просто отдохнуть.

До клиники шел сегодня как-то слишком долго, сказалась и накопившаяся усталость, и сложный разговор с Мартой, из которого я очередной раз убедился в том, что на дочку женщине наплевать. Но еще я спиной чувствовал пристальный взгляд, который буквально прожигал дыру во мне. Это поспособствовало моего бездумному хождению по улице, в надежде вычислить того, кто за мной наблюдает. Но, все время появлялись обстоятельства, мешающие мне незаметно оглянуться и подсмотреть.

До реабилитационного центра добрался в чьей-то компании, а вот дальше так же неожиданно остался наедине с собой и своими мыслями. Кажется, пора поговорить с Геной о том, что нас пасут. Теперь нужно всем быть собранными и внимательными, а вот Аля ничего знать не должна. И так слишком напряженная ходит, вот только недавно стала отпускать ситуацию и не думать о страшных для себя вещах.

В палате Милана вовсю играла с Геной в дочки матери, мужчина стоически изображал из себя младенца-переростка, агукал и пускал слюни, чем сильно умилял моего ребенка. Но стоило мне усесться у окна, как доченька заговорщическим шепотом рассказала о том, что здесь произошло. Ребенок даже на себе показал, где и в каких местах ее сумасшедшая мама наставила следов на Альбине.

— И Аля даже не плакала, — округлила глаза, — но ей было больно!

Я же лишь прикрыл глаза и медленно выдохнул. Да, час от часу не легче. Со всех сторон нас окружили так, что не пройти и не проехать. Значит, будем давить, иначе в нашем деле никак. И если я точно знал, что Марта после сегодняшнего разговора побоится пойти против меня, то есть люди, которые благодаря нам совсем скоро, если не уже, потеряют звания и должности.